Я смотрю на происходящее и не могу даже сдвинуться. Он убил Викторию? Они были друзьями? Слова ударяют по мне, как кулаки Алтана по лицу Арагона, лишая воздуха. Что вообще происходит? Почему я ничего не знаю?
Потому что он стер мою память? Поэтому он это сделал? Чтобы скрыть свое преступление? От омерзения меня мутит, но даже отвернуться некуда: слева дует колючий ветер, а справа полыхает деревня.
Продолжая бить, Алтан начинает кашлять. Приступы становятся все сильнее, и вот он уже не может остановиться. Он хватается за горло и склоняется к земле, позволяя Арагону скинуть его с себя.
— Алтан, что такое? — Я делаю шаг вперед, но отвечает мне не он, а собственные воспоминания. С ним такое уже было. Он уже заходился кашлем на Острове Солнца, платя суровую цену за шанс для своего народа. Он уже рисковал жизнью ради подданных.
Улучив возможность, Арагон переходит в нападение. Теперь уже он избивает и так задыхающегося противника, и я в ужасе смотрю на это, не зная, что делать.
— Когда же ты уже от меня отстанешь, морализатор проклятый? — продолжая наносить удары, говорит Арагон. — Ты что ли такой правильный, лицемер напыщенный! Ты что ли не убивал ради своего народа? Ты что ли не хотел хорошей жизни?
— Я не предавал за нее своих друзей, — хрипит Алтан и, собрав последние силы, спихивает с себя Арагона.
— Друзей? Когда ты был мне другом? Надменный кретин! — говорит Арагон, с трудом поднимаясь на ноги. — Ты всегда смотрел на меня свысока и позволял быть в своей компании! Ты думаешь, я не видел, с каким пренебрежением ты относился ко мне?
— Я считал тебя младшим братом, а ты меня предал! — вопит Алтан и бросается на Арагона, хватая того за ноги и валя обратно на снег. Они борются, пытаясь поранить друг друга, и я не могу определить, кто из них одерживает верх, пока Арагон не хватает Алтана за раненое плечо и тот не взвывает от боли.
— Ты даже никогда не пытался понять меня! — вытаскивая меч из ножен, произносит Арагон, и мое сердце будто падает в пропасть. Он убьет его. Убьет. Арагон сильнее, а Алтан ранен, поэтому первый победит. И что бы я ни думала и ни чувствовала, все внутри вопит, что я не могу этого допустить.
— Я пытался. Пытался. Все эти пять лет пытался! — кричит Алтан, следя за поднимающимся все выше мечом Арагона. — Но это уже неважно. Важно то, что ты снова здесь, неся разрушения.
— Да, — выдыхает Арагон, смиряясь, и заносит меч ровно тогда, когда я прицеливаюсь и запускаю кинжал в его правое плечо. Меч падает на снег, и Арагон, схватившись за рану, одаривает меня ошеломленным взглядом. Он явно не ожидал подобного от девушки, которую сделал своей игрушкой. Которую водил за нос и использовал по собственному желанию. Но теперь и я могу постоять за себя. Теперь и я могу сделать выбор.
Теряя силы, Арагон растерянно осматривается и решает применить последнее возможное оружие.
— Подчинись, — говорит он, смотря в глаза Алтана, и воздух застревает у меня в горле. Неужели?.. Неужели он…
— Прости. У меня довольно слабый Камень — к нему надо привыкнуть, — отвечает Алтан самоуверенно и слегка улыбается. — Замри.
Арагон застывает, и только его глаза, полные ужаса, выдают наличие воли. Но воспользоваться ей он больше не может. Не может даже двинуться, поэтому Алтан заваливает его на землю и встает. Арагон лежит на забрызганном алыми каплями снегу и покорно смотрит на Алтана. Где-то внутри еще теплится бунт, возможно, даже вопит отчаянный голос, но пользы от них уже не будет.
Алтан заносит меч над головой и ловко перерезает противнику горло.
Глава 29. Рассвет
Воцаряется рассвет. Серое, укутанное облаками небо все больше светлеет, освещая горящие дома, лесные ловушки, полные пленными, и скалу, окропленную кровью. Алтан неспешно спускается с горы, таща за собой тело Арагона, а я иду поодаль. Впереди все стихло: бой прекратился, и жителям деревни теперь остается только наблюдать за тем, как догорают их жилища.
Изможденный, обессиленный, Алтан пару раз оступается и почти падает, но упрямо продолжает идти до самого поселения, и только там, перед Башней, бросает на истоптанный снег труп и окликает людей:
— Все кончено! — звучит усталый голос, и жители оборачиваются. Они замечают тело врага и наконец-то, впервые за этот долгий день, улыбаются.
Теперь все для них будет иначе. Больше никто не умрет от переохлаждения, голода или потому, что лекарь не решился приехать. Они заберут Камень Солнца у моей деревни и обрекут на все это ее.