Я выхожу из Башни с твердым намерением пойти в лес, однако вдруг осознаю, что не знаю местоположения Алтана и могу провести в его поисках весь день. Пожалуй, мне стоит найти кого-нибудь, кто подскажет. Я неспешно направляюсь по улочкам деревни в сторону леса и спустя минут пять замечаю большую группу детей под предводительством Пии. Я радостно окликаю ее. Знакомая останавливается на пару секунд, но дети продолжают идти, и Пиа отправляется вслед за ними, подозвав меня жестом.
— Дариана! — приветствует она, искренне улыбаясь, и мое по обыкновению угрюмое настроение немного улучшается.
— Куда вы идете?
Я окидываю взглядом группу и замечаю в руках детей корзины. Ребята самых разных возрастов уверенно шагают в лес, и я в очередной раз удивляюсь местным устоям.
— Идем собирать ягоды и травы. А ты? Как у тебя дела?
— Ищу Алтана. Мне сказали, что он в лесу. Ты не знаешь, где именно?
— Знаю, конечно. Он, наверняка, рядом с ловушками. Мы будем проходить недалеко от них, я покажу.
Я обрадованно киваю и продолжаю дорогу вместе с группой. Погода пасмурная, моросит дождь, но дети идут спокойно и даже немного радостно. Мне становится грустно от того, что вместо подходящих возрасту занятий им приходится выполнять непростую работу, но никто не поймет меня, если я осужу.
Мы покидаем деревню и входим в лес. Сразу становится темнее, но перед нами исхоженная тропа, и все идут довольно бодро. Я все еще слаба, отчего мне не помешало бы набрать трав и ягод, но сейчас не до этого. Главное — сделать хоть что-то полезное для моей деревни, пусть Алтан и не будет рад видеть меня в лесу. Мысль о его неодобрении чуть ли не заставляет остановиться. Наверняка, он все еще зол (или по крайней мере разочарован) после вчерашнего, и своим появлением я только глубже выкопаю себе яму.
Мы идем около двадцати минут, когда Пиа наконец останавливается и указывает рукой налево.
— Вон там, за этим пригорком. Если бы было тихо, мы бы даже услышали их голоса.
Я бросаю взгляд на бугор и в очередной раз вспоминаю слова Зулеи: «Лучше поди помоги деревне, это мага обрадует больше». Теперь же я знаю, где ловушки, так что мне вовсе не обязательно идти туда прямо сейчас.
— Спасибо, — улыбаюсь я. — Но, думаю, мне не стоит мешать им. Может, я лучше схожу с вами за ягодами?
Пиа удивляется, но мое предложение радует ее.
— Мне нравится твоя идея, но мы уходим на весь день. Ты уверена, что Алтан не будет против?
— Ну, это же помощь деревне, — пожимаю плечами я. — Думаю, он будет только рад.
— Тогда отлично, — Пиа берет одну из многочисленных корзин у идущей впереди девочки и отдает мне.
Дети болтают о своем, смеются, подпрыгивают. Кажется, они искренне взволнованы данным заданием: ответственностью и возможностью полакомиться ягодами. Мы с Пией разговариваем о моей деревне. Она первый человек, который интересуется моей прошлой жизнью, задает вопросы и не считает меня врагом, потому я с радостью рассказываю о чудесной природе, устоях нашего края и своей семье. Иногда от тоски в горле образуется ком, но я успокаиваю себя возможностью принести пользу в важном противостоянии.
Постепенно становится все темнее и темнее. Дети идут уже не так радостно, а некоторые малыши и вовсе начинают жаться к ребятам постарше. Здесь еще холоднее. Мы кутаемся в плащи и крепче сжимаем ручки корзин, стараясь унять дрожь. Так проходят три часа.
На привал мы останавливаемся лишь раз. Тропинка не заканчивается, и я понимаю, что этот длинный и трудный путь привычен для жителей деревни Алтана. Однако самые младшие идут в первый раз, и за последний час энтузиазма заметно поубавилось. Где-то наверху вскрикивает птица, отчего одна девочка вздрагивает и застывает на месте, закрывая глаза. Мы находимся почти в полной темноте.
— Давай, Мика, — присаживается рядом с ней Пиа, — скоро снова посветлеет.
Знакомая поднимает на меня голову и объясняет:
— Нам приходится проходить по краю ореола, огибая огромный овраг, чтобы попасть на поляну. Да и чаща тут густая, многие боятся.