— Удивительно… — произношу я с высокомерием в голосе, — как такие преданные и трудолюбивые люди могут служить тебе.
— Что ты вообще знаешь о преданности и трудолюбии? — парирует он, и я закатываю глаза. Снова взаимные обвинения. Он презирает меня, я презираю его… Какая печальная норма вещей.
— Ты можешь говорить о чем-нибудь, кроме того, как сразишь Арагона?
— С тобой? Я предпочту помолчать.
Я только фыркаю и ложусь на покрывало. Как жаль, что на небе все же нет звезд…
— Кто знает, может, через несколько лет жизни с твоим Камнем я тоже захочу украсть камешек побольше. Звезды того стоят… — ехидно произношу я и задумываюсь. А что, если это окажется правдой? Возможно, темное небо настолько наскучит мне, что и я сойду с ума от злости. — Моя любимая — это Визия, небольшая звезда рядом с Кларой. Она всегда казалась мне скромной, но, несмотря на это, необычайно яркой.
— Ее назвали в честь дочери древней королевы, — дополняет, к моему удивлению, Алтан, — которая погибла от рук подлых людей. Она была необычайно живой и смелой девочкой. Очень любопытной и активной. Любила сбегать из замка на набережную, пользуясь тем, что большинство людей не знали ее в лицо. Однажды Визия заметила, как на пожилого торговца напали прибывшие из-за моря маги. Они были простыми разбойниками, решившими поживиться богатством Столицы, и принцесса не смогла оставить без внимания несправедливое действие. Она встала на защиту торговца и тут же поплатилась за доброту и наивность. Маленькая жизнерадостная девочка и понятия не имела о подобном зле. Она и не представляла, что кто-то может просто ударить ребенка так, что он упадет и насмерть ударится головой о камень. Но вышло именно так. Ей было всего одиннадцать. Именно с тех пор магам запрещено не только жить, но и путешествовать вместе. Но слушаются не все.
Алтан бросает полный презрения взгляд на нашего пленника, а я стараюсь прийти в себя от истории. Оказывается, даже моя любимая звезда связана с трагедией…
— Есть какие-нибудь звезды, не названные в честь умерших детей? — с горькой усмешкой интересуюсь я.
Несколько секунд Алтан молчит, и я уже решаю, что на сегодня ему общения со мной хватило (если подумать, мы и правда провели вместе необычайно много времени), но потом маг все же отвечает:
— До появления магии люди жили в темноте и холоде. Но потом небольшая группа людей отправилась в самый трудный поход в поисках спасения. На далеком заморском острове они нашли то, что искали. Именно те люди стали первыми магами, образовавшими известный нам мир. В честь одного из них назвали самую яркую звезду — Примус. Наверное, раньше у звезд были другие названия, но те времена, как и память о них, остались в далеком прошлом.
— Самая яркая звезда, названная в честь первого мага… Даже не знаю… — «смогу ли ее полюбить», — домысливаю я. Почему-то мне не очень нравится данная ассоциация.
— Есть еще Нилай, — немного подумав, говорит Алтан. — Она названа в честь дома, потому что именно по ней ориентировался Анирин в своем походе.
— Это лучше, — удовлетворенно отвечаю я, кутаясь в плащ и смотря на темное небо. — Хотела бы я ее увидеть.
Может, и меня бы она привела к дому.
Я просыпаюсь, когда темнота уже сменилась на серость. Клио окончил свой пост, и звуки его сборов выдергивают меня из сна. Из странного, настырного, буйного сновидения. Сердце бешено колотится, дышать тяжело, но я все равно не знаю, что именно вызвало такую реакцию. В памяти остались лишь смутные, туманные очертания. Я стараюсь различить силуэты, но мои попытки, как обычно, остаются безуспешны.
Алтан спит рядом. Напряженный, по горло закутавшийся в покрывало. Кажется, будто он пытается укрыться от этого мира. Интересно, когда он в последний раз отдыхал? Даже во сне ему нет покоя.
Постепенно все просыпаются: Перси, который всю ночь мучился от боли, быстро сосредоточившийся на плане действий Алтан и пленник. Мы собираем вещи, поим лошадей, посылаем Перси домой и отправляемся в путь. Алтан знает, куда идти, но все равно позволяет изгою вести нас, словно проверяя его.
По дороге Клио рассказывает мне про Овраг Волурона и город, построенный там столетия назад. Это место уже давно не использовалось правителями и потому стало хорошим убежищем для тех, кто не желает быть найденным. Изначально строящийся как сокрытый от лишних глаз, в заброшенном состоянии город стал еще более незаметным.
Несмотря на рассвет, чем дальше мы уходим от деревни Алтана, тем мрачнее становится. Со временем мы снова возвращаемся в ночь и зажигаем фонари. Все больше и больше деревьев стоят без листвы, спящие в ожидании солнечного света, и только редкие сорта умудряются получать необходимые для жизни вещества даже в таком климате.