Алтан не смотрит на меня, но я замечаю, как он нервно убирает волосы со лба. Я и раньше видела подобное действие, но никогда не придавала значения. Теперь же мне кажется, что здесь есть некая закономерность.
Не видя глаз Алтана, я могу дышать спокойнее, хоть он и находится совсем рядом. Так близко… Я могу прикоснуться к нему, и он не оттолкнет, могу почувствовать теплую кожу, впиться взглядом в изгиб шеи, рассмотреть собранные в небрежный короткий хвост волосы…
Я вздрагиваю, когда между моим лицом и его головой остается всего лишь ладонь*, и резко отдаляюсь. Сумасшедшая… Разве можно так себя вести? Мне хочется стукнуть себя по лбу, но я не смею выдать свое нелепое поведение.
Алтан ничего не говорит. На удивление, он просто ждет, и я решаю больше не испытывать его терпение. Собравшись, касаюсь широких плеч, и внутри меня тут же вспыхивает пламя. Стыд? Смущение? Желание? Я не знаю, что послужило этому причиной, но дыхание сбивается, а руки начинают дрожать.
Проклятая тьма, зачем я предложила ему массаж?
Но выхода нет. Я не могу просто сбежать. Нужно продолжать. И так слишком медлю. Я осторожно провожу по плечам Алтана и, остановившись у основания шеи, сжимаю. Маг протяжно выдыхает, и я поражаюсь той, пускай крохотной, власти, которую сейчас имею над ним. Он в моих руках. Непривычно уязвимый и открытый, но по-прежнему сильный. Теплый… Я могу провести по его спине, скользнуть на мускулистые руки, коснувшись горячей кожи, вдохнуть его запах… Я едва удерживаю себя от того, чтобы не прильнуть к нему, но продолжаю. Мне хочется помочь ему расслабиться хоть немного. Хочется снять часть бремени, пусть и ненадолго. Массаж помогает, и я улыбаюсь, когда Алтан прикрывает глаза.
— Тебе стоит лечь, — говорю я и даже со спины замечаю, как он снова напрягается.
— Не нужно, — тихо отвечает маг, но я настаиваю.
— Так я смогу помочь с поясницей.
Видимо, предложение оказывается слишком заманчивым, потому что он соглашается и ложится на живот.
Не знаю, зачем я это сказала. Разве при наших отношениях уместно заниматься подобным? Неловкость снова окатывает с ног до головы, и я морщусь, укоряя себя за глупость. Но коль уж сама предложила…
Мои руки скользят по спине Алтана и касаются поясницы, все больше задирая рубашку, отчего мысли снова путаются. Я глубоко вздыхаю, пытаясь привести себя в чувства, но в ответ лишь слышу тяжелое дыхание Алтана.
Это не помогает…
Я пробегаю руками по его коже, выводя на ней дорожки, бесстыдно исследуя и запоминая. Кто знает, смогу ли я еще раз так прикоснуться к нему?! Позволит ли он? Окажусь ли снова так близко?
Проведя обеими руками по спине, я вновь спускаюсь на поясницу, когда Алтан резко ловит их. Я замираю, перестав даже дышать. Я сделала что-то не то? Забылась? Преступила черту? Я слегка дергаюсь, но Алтан продолжает держать меня, и только тогда я в полной мере ощущаю свои ладони в его руках. В его сильных, горячих руках.
Он дышит чаще, чем обычно, и я не могу понять, от злости это или… Об этом боюсь даже думать. Но в следующую секунду Алтан резко отталкивает мои руки, и я растерянно отшатываюсь. Жар волной окатывает тело, и я спрыгиваю с кровати, надеясь поскорее скрыться из виду в спокойной и холодной ванной.
҉
Я снова сижу в полутемной конюшне в окружении единственных живых существ, которым могу доверять. Через щели с улицы залетает холодный ветер, дождь барабанит по крыше, но здесь уютно и спокойно. Здесь я могу быть собой и писать очередное письмо Арагону:
«Все смешивается. Словно брошенная в чистую воду грязь, эта связь заполняет мою жизнь, окрашивая ее в неприятный цвет. Кажется, тут все серое. Привычного солнца нет, привычной ясности тоже. Я блуждаю во тьме в надежде отыскать лучик света, но только больше теряюсь. Теряю себя… Как бы я хотела вернуться на наш луг, Арагон! Туда, где мы строили планы и даже представления не имели о поджидающих ужасах. О том, что нашим мечтам не суждено сбыться… Как бы я хотела знать, как ты. Скучаешь ли по мне? Если бы не связь, я бы сошла с ума от тоски. Я бы сделала все, чтобы вернуться к тебе и своей семье. К прежней жизни. Раньше, смотря на окованных, я думала, что это люди без воли. Марионетки. Но нет, воля все еще здесь. Внутри. Теплится, как уголек. Но я не могу ее использовать, не могу дать ей шанс. Мне приходится собственными руками рушить свою жизнь и жизни любимых. Как я могу помочь тебе? Вчера я видела ловушки… Видела, с какой тщательностью готовится для тебя приговор. Я знаю, ты не придешь, но серьезный настрой Алтана говорит о том, что он придумает что-нибудь, дабы затащить тебя в этот несчастный лес. Если бы я могла сказать тебе не идти… Не вестись на то, что он придумает. Позабыть обо мне и просто заботиться о нашей деревне. Если бы я только могла сказать тебе это… Если бы я снова могла стать собой…»