Наш путь долог, и маг не готов терять ни минуты. Мы не останавливаемся даже тогда, когда через плотную листву начинают пробиваться первые лучи солнца. Здесь они уже слабее, и утро мало чем отличается от ночи. Небо с каждым столпом* все серее, а температура ниже. Я впервые начинаю кутаться в плед, который дал похититель. К этому моменту я уже должна была стать женой Арагона. Вся деревня праздновала бы сейчас наш союз и будущее династии, но теперь я с каждым шагом оказываюсь все дальше от той судьбы. Интересно, женится ли он на ком-нибудь другом вместо меня? Глупый вопрос — маг не может позволить себе оставить деревню без наследника. Сегодня, конечно, свадьбы не будет, но как скоро Арагон найдет другую невесту? Через неделю? Через месяц? Или он отправится меня искать? Мысль об этом приносит непривычное раздражение, и я морщусь. Случившееся ночью разливается в моей крови как яд. Никогда прежде я не испытывала раздражения по отношению к Арагону. Никогда прежде не хотела оставить родителей и не мечтала уйти с незнакомцем. Сейчас же эта мерзкая, неподвластная логике потребность разъедает изнутри. Мне хочется вырвать ее, словно паразита, очиститься, но я не могу даже нормально этого пожелать. Все внутри меня разбилось на две части — разум и чувства. Разум все еще напоминает обо мне прежней, чувства же стали врагами.
Незнакомец уверенно вышагивает впереди, и меня посещает мысль, что он привык проходить по несколько привалов* за день. Он не кажется уставшим или даже раздраженным столь трудной и долгой дорогой. Его никак не беспокоит то, что мы по колено в грязи, а лица и руки исцарапаны ветками, я же совершенно измучена. Игнорировать боль от ран, чудовищную жажду и подворачивающиеся ноги становится все труднее, но я все равно не прошу мага остановиться. А вдруг это его рассердит? Уже далеко за полдень, хотя положение солнца оценить все сложнее. Оно совершенно скрылось за облаками. Небо теперь напоминает глаза моего похитителя — такие же мрачные и неприветливые.
В результате упрямой многочасовой борьбы меня побеждает небольшая кочка. Я падаю на землю, и маг оборачивается. Он ожидает, что я поднимусь, но сил совсем нет, и кажется, что только тогда, смотря на меня, лежащую в грязи, он понимает, что я устала.
— Давай сделаем привал, — говорит похититель, и я утыкаюсь лбом в траву, сдерживая порыв расплакаться.
Мы выходим на небольшую поляну и присаживаемся у широкого поваленного дерева, все еще влажного, наверное, от прошедшего недавно дождя. Похититель собирает в кучу веточки, а затем направляет на них свой посох. Он касается Камня лишь одним пальцем, на секунду прикрыв глаза, и робкий острый луч солнца на миг пронзает камень и воспламеняет ворох.
— Я не знала, что он так умеет, — вырывается у меня, и маг отвечает раздраженным взглядом.
— Что ты вообще обо всем этом знаешь? — недовольно бросает он, и внутри все переворачивается. Ужасно противное чувство, но впервые я иду ему наперекор.
— Мне же не пять лет, что-то я знаю об устройстве мира.
Похититель округляет глаза и слегка усмехается. Моя бойкость явно поразила его. Она удивила и меня.
— Знаешь, я совсем не хочу думать, что ты многое знаешь, потому что на пользу тебе это точно не пойдет, — чуть ли не с рыком произносит он, и я прикусываю язык. Мне изо всех сил хочется извиниться, но я запрещаю себе. Ногти впиваются в ладони, словно я стараюсь удержать себя на месте, и на руках остаются отметины. Я не стану перед ним извиняться! Он похитил меня! Я не буду заискивать перед ним!
Маг замечает мои действия, и кажется, что ему даже интересно, чем же закончится моя борьба.
— Надо бы поесть, наверное, — вдруг говорит он и, перекинув через плечо сумку, которую нес на спине, начинает копошиться в ней и вскоре достает флягу. Похититель делает несколько глотков, а потом кидает мне. — Попей и сходи поищи ягод. Я пойду поохочусь.
— А ты не боишься, что я сбегу? — удивленно спрашиваю я. Мне хотелось, чтобы вопрос получился мятежным и полным раздражения, но вместо этого в голосе звучит искренний интерес. Что ж, я рада и этому. По крайней мере, смогла сказать что-то, что не было извинением.
Он поднимается и осматривает меня с ног до головы.