С Дороховым такое не пройдёт, придётся ждать, пока Кайл сам отдаст приказ узнать результаты вскрытия нашего неудавшегося информатора. Хотя в одной стороны, чего там узнавать, если ему перерезали горло, но с другой... Кто знает. Может кто-то заставил совершить самоубийство и его? Поэтому убийцы и след простыл.
Об этом я тут же сообщила ребятам, которые не выспавшимися зомби спустились на завтрак к девяти утра. Даже Кайл уже снова был на ногах к этому времени.
– Нет, это бред, – отмахнулся Кирилл, отправляя в рот кусок яичницы. – Рядом с ним мы не видели никакого орудия. Он же не мог полосонуть себя ножом по горлу, потом выбросить его куда-нибудь и полечь в конвульсиях?
– А может ему не нужен был нож? – озвучила я аргумент, который целый час вертела в голове. – Мы же понятия не имеем, какая у него была способность. Может он мог управлять воздушными потоками? Или лазером? Или отращивал лезвия из рук? Что, если кто-то заставил его убить себя также, как наших с Кайлом отцов?
За столом повисла тишина.
– Умно, – наконец отозвался Кайл, усмехнувшись.
– Чем больше думаю об этом, тем больше это кажется возможной версией, – закивал Минхо.
– Спасибо, – фыркнула я, тем не менее крайне довольная.
Затем я рассказала, какой приказ отдала команде Вано. Харингтон лишь глаза закатил, услышав, что я прикрылась его именем.
– Думаю, они найдут лишь пустое убежище, – покачал головой Филипп, делая глоток крепкого кофе. Сегодня утром все пили кофе.
– Даже если так, перестраховаться всё же стоит, – пожала плечами я.
– Согласен, – неожиданно одобрительно отозвался Кирилл. – Ты что ли поумнела, пока нас тут не было?
– Заткнись, – не скрывая улыбку, отозвалась я. – Кстати с вас ещё рассказ о том, какого хрена вы делали в плену?
Глава 9. Ад на Земле. Часть 1
Всё утро мы провели, слушая степенный рассказ Филиппа (постоянно прерываемый выкриками и репликами Киллера) о том, как они оказались в плену у каких-то американских бандитов.
Изначально мой отец отправил их расследовать смерть отца Кайла, однако стоило этой парочке сойти с борта самолёта в Лос-Анджелесе и добраться до ближайшей фирмы по прокату тачек, как к ним привязались несколько человек, настойчиво пригласившие их встретиться с боссом. С каким боссом – ребята не знали, однако их уверяли, что так и должно быть и что их тут ждали. Однако парней смутило, что с ними разговаривали по-английски. Всё же даже часть мафии в Америке состояла в основном из русских. Филипп (так как английским владел только он) попытался мирно разрулить ситуацию, но тут бандиты вдруг назвали моё имя. Сказали, что я тоже приеду туда, куда их хотят привезти. Разумеется, ребята поверили. Потому что посторонние люди из другой страны просто не могли знать моё полное настоящее имя. А значит отец действительно отправил меня к ним на подмогу. Так они подумали в тот момент, хотя и немного растерялись. А затем всё просто. Водитель машины, в которую их усадили, оказался эспером, который умеет выделять из своего тела усыпляющий газ. Пару вдохов и парни отключились. А очнулись уже в тёмной комнате, в цепях и с противоэсперными браслетами на руках, которые использует полиция, чтобы эсперы-заключённые не могли пользоваться своей силой.
О том, как они освободились, Филипп подробно не рассказывал, лишь поморщился, сказав, что зрелище вышло кровавое, так как подобная ситуация требовала от них жёстких действий. Даже обычно гордящийся своим званием лучшего убийцы Кирилл в тот момент хмуро кивнул, давая понять: история на самом деле не стоит того, чтобы её рассказывать. Ни удали, ни героизма там нет. Думаю, этим двоим пришлось пережить что-то отвратительное, чтобы выбраться. И убить при этом не один десяток человек.
– Мы не рискнули выйти на прямую связь с кем-то из наших, как только сбежали из плена, – закончил Филипп. – Лишь по разу звякнули нескольким безликим информаторам, чтобы узнать, как обстановка в нашей стране. Так-то мы и услышали впервые о смерти Аристарха Викторовича. Верить не хотели и первым же возможным рейсом рванули домой.
Как только он замолчал, за столом повисла тишина. Каждый обдумывал услышанное, делал выводы, пытался соединить разорванные нити.
– Почему отец отправил именно вас? – первой заговорила я, начиная рассуждать вслух.