Она так яростно начала намыливать Томми, что он поморщился. Она позволила Грэгу играть своими чувствами. Но как можно быть такой слепой, чтобы позволить ему играть Томми? Этот человек может очаровать любого, если это будет отвечать его целям, никогда не испытывая при этом угрызений совести.
— Грэг очень занят, — сказала она. — Он наш друг, и только. Мы прекрасно обойдемся и без папы.
— Но ведь мы можем жить здесь все время. Он…
— Нет, — отрезала Линда. — У мистера Хьюстона другие планы. Мы поживем здесь еще немножко, и все. Так должно быть. А от Грэга держись подальше, особенно когда он с мистером Бадави.
Она повернула кран и стала с шумом и всплесками мыть волосы Томми. Затем ополоснула его всего, завернула в полотенце и принялась вытирать.
— И вообще, перестань все время говорить только о Грэге.
— Но он был бы хорошим папой, — промямлил малыш из глубины окутывавшего его полотенца.
— Ну, хватит о нем. У него много своих забот. Постарайся поменьше думать о нем. Мы теперь будем реже видеть его. А сейчас быстро одевайся.
Линда ласково шлепнула его по попке. Он был таким счастливым все утро, и ей не хотелось снова увидеть на его лице знакомую ей печаль. Но, все равно, он должен понимать — для своей же пользы, — что не всем взрослым можно доверять.
Зазвонил телефон, и Линда, вздрогнув, повернулась в сторону спальни. Она не знала, кто мог еще позвонить, кроме Грэга. Что ему нужно от нее? Опять вывести ее перед Бадави, как послушную собачку, готовую откликнуться на любой зов?
Она сердито прошествовала к телефону, собираясь отругать Грэга за его бесцеремонность. Однако в трубке раздался голос Сарры:
— Линда, я сейчас в Майами. У меня интересные новости.
— Да? — насторожилась Линда.
— Я зашла в магазин купить себе солнечные очки и вдруг слышу, как кто-то сзади зовет меня по моей девичьей фамилии. Поворачиваюсь и вижу Артура Смита. Помнишь, я тебе говорила о нем.
— Да. — Линда вспомнила, как подруга рассказывала ей как-то о красивом мальчике, с которым училась в одной школе и который был тогда объектом ее самых пылких девичьих мечтаний.
— Линда. — Сарра перешла на напряженный шепот. — Он тоже овдовел, И все такой же красивый — только волосы поседели. Работал остеопатологом, а сейчас на пенсии. Его дочь переезжает во Флориду, и он с ней тоже. Мы пообедали вместе…
— Дорогая, это же замечательно! Ты еще с ним увидишься?
— Поэтому я и звоню тебе. Он хочет встретиться со мной сегодня вечером. Приехал только на два дня — подыскать себе дом и просит, чтобы я помогла ему. Боюсь, я очень поздно вернусь на виллу. Ты не будешь возражать? Я столько лет его не видела. Может быть, это судьба?
Линда взволнованно втянула в себя воздух. У нее в голове родился смелый план.
— Сарра, — сказала она, — может, это и вправду судьба. У тебя ведь есть племянник в Майами, который умолял тебя навестить его с женой. Вот и оставайся у них на какое-то время. А я, чтобы не общаться с Бадави и Грэгом, скажу, что ты внезапно подцепила какой-то вирус. И что Томми тоже заразился и мне придется изолировать его. Это необходимо, Сарра. Грэг стал оказывать слишком сильное влияние на Томми, а тот, в свою очередь, слишком привязался к нему. Этому надо положить конец.
Наступило долгое молчание. Наконец Сарра заговорила:
— Ты уверена, что это правильно?
— Да, уверена. Не беспокойся ни о чем. Пусть у тебя все будет хорошо с Артуром Смитом.
Но в глубине души она была совсем не уверена.
Следующий телефонный звонок был, конечно, от Грэга. Линда и Томми только что вернулись с прогулки к коттеджам, где они покормили Муча. Пеликан поковылял за ними к вилле, хотя Линда и старалась отпугнуть его. Последнее время он все чаще бродил где попало и мог запросто угодить под машину. Около коттеджей он был в большей безопасности.
Звук знакомого голоса отвлек ее от переживаний за жизнь пеликана. Грэг сказал, что они с Бадави уже поужинали, обсудили все свои дела и будут рады, если она присоединится к ним, когда уложит Томми.
Линда была рада, что мальчик в это время играл на балконе с Бозо и не мог слышать ту изощренную ложь, которую она приготовила.
Заикаясь и спотыкаясь на каждой фразе, она изложила ему свою басню о внезапной болезни «няни» и о том, что она сама должна остаться с сыном и понаблюдать за ним.
— Я не смогу присоединиться к вам, — повторила она. — Пожалуйста, передайте мистеру Бадави мои извинения.
В ответ раздалось что-то нечленораздельное.
— Что? — переспросила она.
— Скользкий угорь! — проворчал он. — Что вы опять надумали? С Томми ничего не могло случиться. Сегодня утром он сам плавал, как дельфин. Спорю, что и у Сарры все прекрасно. Опять какая-то уловка?