Лорд тем временем продолжил:
– Численность виргинов с каждой зимой продолжала сокращаться, и тогда в свитках я нашел сведения о вас. Стал искать, но это оказалось не так–то просто. Юмей скрывались хорошо. Те женщины и девушки, которых удалось отловить, так и не смогли понести. Чтобы не пробовал – не выходило. Всему виной ваши истинные пары. На дочерей рода оборотней с рождения ставилось заклятье защиты, покидая пределы долины, те просто забывали часть знаний, касающихся непосредственно клана.
Но во время своих скитаний по миру я наткнулся на один древний пергамент. В нём хранилась ценная информация, благодаря которой моя задумка, обойти истинную пару, стала возможной. Именно оттуда я и узнал о родовом кристалле. А затем по счастливой случайности наши пути пересеклись… Судьба? Не знаю. Возможно и она.
Ороти криво усмехнулся, массируя переносицу, и сквозь пальцы взглянул на притихшую пленницу.
– Хм, но ты сбежала. Я долго гадал как. Все поиски не принесли ровно никакого результата, словно ты канула в воду. Но однажды, на тебя наткнулся мой ворон, когда искал очередной цветок Рихты. А спустя время, так кстати, пришло приглашение на приём от отца… Удача снова улыбнулась мне, – Вириан покривил шеей, откидывая за спину мешавшие черные волосы. – Помнишь Локиара?
Нарина растерянно кивнула, не понимая при чем тут змей. А мужчина криво усмехнулся и неожиданно поведал:
– Василиск изначально являлся моим питомцем, это я его притащил во дворец. Давно, когда я был ещё юным мальчишкой, то сбежал из под отцовской опеки и бросился в путешествия по миру. Меня влекло всё странное и неизведанное. И однажды в своих странствиях мне привелось наткнуться на одно поселение. Только жителей там не оказалось. Вернее деревушку заполняло множество различных статуй… людских. Там–то мне и довелось повстречать дикого змея.
Мы схлестнулись в неистовой схватке, победителем вышел я. Василиск покорился мне, и я привез его домой. Так вот, – подчеркнул он. – Это Локиар помог тебе покинуть дворец. У нас с ним ментальная связь, правда действует только на небольшом расстоянии.
Когда Нарина осознала слова лорда, то на секунду позабыла, что необходимо дышать. Выходит она, словно марионетка, просто действовала по чужому плану. «А я всерьез думала, что могла сбежать…»
– Ушла от одного охотника и попала к другому. А мой братец, оказывается, непроходимый дурак… раз упустил тебя, волчицу забытого всеми рода, – подлил масло в огонь мужчина.
При упоминании о синеглазом принце сердце Нарины болезненно сжалось, вновь кровоточа и отравляясь грустью. Она опустила глаза и стиснула кулаками ткань голубого ни в чем не повинного одеяла.
Заметив такую реакцию, лорд нахмурился: «Неужели любишь…? Но ничего – со временем забудешь. Придется забыть!»
– Зачем ты говоришь мне все это? – прошептала невольница, прикрывая веки, так как к горлу снова подкатили рыдания.
– Чтобы знала свое предназначение. И место. Мне нужен этот ребенок, желательно наследник. Просто прими это, если не хочешь вечно обитать в золотой клетке. Сбежать все равно теперь не сможешь, Рииина… А теперь отдыхай, вскоре принесут еду, – и мужчина ушел, тихо прикрыв за собой дверь.
Кровь…
Клан…
Ребенок…
Наследник…
Клетка…
Слова треклятого лорда набатом звучали в опустевшей голове, а грядущие перспективы пугали до леденящего душу ужаса. С улицы донесся раскатистый птичий крик. Нарина вздрогнула, потом словно очнувшись, вскинула горящий взгляд на запертую дверь: «Да, я ещё не сдалась и обязательно вернусь!» Теперь она вспомнила всё.
***
Пролетело ещё несколько дней. За это время девушка поправилась, и целитель разрешил выходить из комнаты. Был полдень. Сейчас Нарина находилась в своей любимой беседке, слушая истории из жизни Жанны и даже пыталась улыбаться. Кареглазая как могла старалась поднять настроение госпожи. А мысли Нарины крутились вокруг лорда.
Тот ещё вчера рано утром, взяв с собой порядка около сотни воинов, отбыл вместе с главнокомандующим, сиром Майклом, из замка. И никто не знал куда и когда он вернется. А Нарина до жути боялась его возвращения. Она не знала, была ли уже беременна. Из раздумий вывел голос лекарки, и похоже, та что–то спрашивала.
– Прости Жанна, повтори ещё раз, – вымученно улыбнулась девушка.
– Я спрашивала, не желает ли госпожа вернуться в свои покои? Мне нужно осмотреть больных.
Невольница поежилась, она нисколько не желала.
– Нет, Жанна… ты иди, а я ещё побуду здесь немного, – и плотнее закутавшись в плед, отвернулась от женщины. Та печально вздохнула.