Давно мы люди взрослые, самостоятельные, у нас на плечах имеются своя голова и руки, и только мы можем исправить так, чтобы от этого никто не смог получить двадцать уколов в одном и том же месте.
Но нет, мы действуем наоборот, наши тайны порождают из нас лицемерных людей, от которых избавиться можно путем раскрытия, но до этого еще нужно подготовиться. И мы так тянем, тянем минуты, увеличиваем промежуток времени, расстояние и никакого результата просто не извлекаем.
Принцип страха — это как раз нас убивает.
И сколько бы Давид не пропадала на работе, сколько бы его не видела дома, я больше убеждаюсь в своих искренних чувствах к Максиму Королеву. Они до сих пор живы. Как это возможно? Невероятно. Я волнуюсь за своего будущего мужа, пережевываю его проблемы с бизнесом в Америке, но постоянно прячу голову в песок, чтобы лишний раз не смотреть в его глаза. Да, загружать себя работой, не знать меру отдыха и выглядеть сущим вампиром — полный бред. Только, возможно, это маленькая отсрочка от того, что я ему скажу уже на следующей неделе. Я должна. Я смогу.
Но ни сегодня, ни завтра.
Обменявшись несколькими репликами, отключила телефон и откинула его на кровать. Вдохнула полной грудью, не зная, что нас ждет дальше. Уже со вчерашнего дня, после приглашения, я могла догадываться, неожиданная нагрузка предотвратит поход Давида на вечер, поэтому не стала к этому присматриваться и просто ждала правильного подхода судьбы.
Разглядела еще раз напоследок свой наряд, отмечая, что Королеву он обязательно понравится. Не зря же я маялась с макияжем, при этом толком ничего не нанеся. Достала под цвет платью белые сандали на тонких бретелях и помчалась одеваться, так как время поджимало, вечер должен вот-вот начаться...
Прибыла по адресу ровно в пять вечера, по указанию охранника следуя через лабиринт всяких коридоров и выемок. Машину пришлось оставить в самом конце парковки, так как свободных мест так таковых не обнаружилось, незнакомые люди бросались в глаза и толком не давали припарковаться. Идя вперед, рассматривала столько незнакомых вещей, о которых никогда в жизни не слышала и не видела. Мелькнула лошадиная голова в стойле, за ней по стойке смирно показался маленький жеребенок. Не останавливаясь, пригляделась к нему и обнаружила, как задорно у него сидят глазки. Такой миленький.
Чтобы не задерживать толпу позади себя, ускорила шаг и вышла на веранду, подготовленную к этому вечеру.
Сегодняшний фурор был слегка не таким пышным и набитым всякими богатыми людьми, можно сказать, все присутствующие казались весьма простыми, без излишних форситных (важных) масок. В атмосфере летали нотки запаха сена вперемешку с морским, потому что поблизости простилалось небольшое озеро, чем только придавало магию этому месту. Фонарики были развешены по всей беседке, где-то стояли фуршетные столы, люди занимали свободные места, начиная обсуждать последние новости. Здесь по обыкновению было меньше тесности и со стороны специально отведенного поля мелькали силуэты. Маленький фестиваль разместили на улице у подножия стадиона, где как раз бегали по разрыхленному песку здоровые лошади, от вида которых у меня в глазах помутнело. Мне еще никогда не приходилось сидеть на самых высоких скакунах. Остановилась около перил, приглядываясь к тому, как они задорно бегают по стадиону, полностью не обращая внимания на людей. Какая все же природа может отражаться на животных: иногда мирные, ухоженные, непоседливые; иногда перепачканные, со сверкающимися глазами, проникающие в душу, от чего просыпается желание приглядеться к этому «сокровищу».
Услышала издалека легкое ржание, одна из группы топнула копытом об песок, отделилась и побежала вперед, оббегая всю площадку.
Поджала губы и проследовала к столу, чтобы взять шампанское. Это место навевает какие-то двусмысленные ощущения. То хочется забиться, то появляется желание вспорхнуть. Поистине необыкновенно и впечатляюще, не думала, что у Волкова так слажено идет бизнес. Мне тоже в детстве хотелось иметь свой ипподром, скакать целыми днями на лошадях, чувствовать на руках ветер, только понимала, детские мечты не всегда схожи с реальностью. Чем старше становилась, тем недоверчиво относилась к старым идеям. Все мы о чем-то мечтаем, хотим стать теми или достичь высот, хотя порой приходится тонуть в чрезвычайно исчерпающих занятиях для выживания.