Топнула ногой.
Показа язык в сторону закрытой двери и разъяренная направилась на кухню, лишь бы снять стресс завтраком. Толком не сумела помыться, поесть, отправилась мигом удерживать самостоятельного самца.
В холодильнике я не могла ничего выбрать, ворочая нос, как от отвратительного запаха. Все-таки решила взять яйца и, поставив на плиту сковороду, разбила три яйца. Добавила петрушку, немного посолила и прорезала желток, который тут же расползся по краям. В мыслях все еще крутилась сцена, случившаяся несколько минут назад, от чего кровь приливался с каждым потоком еще сильнее к щекам. Мне сносило крышу от злости. Он не смел так со мной разговаривать. Я понимаю, проблемы на работе, но это не снимает обязанности возвращаться домой и жить нормальной жизнью, не скрываясь за какой-либо стенкой.
Раздражимость стояла поперек горла.
Оставив на плите сковородку, при этом выключив, отправилась быстро привести себя в порядок: умылась, почистила зубы, расчесалась, надела другие вещи и убрала постель. На лице еще выделялась маска не выспавшегося человека, пролегающая под глазами в виде синяков. По комнате валялась некоторая одежда, а убираться просто не было сил. Маргарита сама уберет.
Захватив с собой телефон, вернулась обратно на кухню, положила яичницу на тарелку, налила апельсинного сока в стакан и устроилась в гостиной. Облокотилась об спинку дивана, подобрав ноги, и приступила уплетать за обе щеки еду. Рядом со мной лежал пуль, поэтому незамедлительно включила телевизор. Как раз попала на утренние новости.
Чтобы съесть небольшую порцию, ушло мало времени. Отставила тарелку и пригубила сок, выслушивая в пол-уха речь молодой ведущей, которая говорила что-то о правительстве России. Я все возвращалась к ситуации с Давидом и Максом. Особенно проносились слова мамы. Мы хорошо с ней вчера посидели, поболтали, только груз на душе образовывал черную дыру. А все из-за этого треугольника.
Если быть точной, эта история полна сюрпризных моментов. Из-за этого хочется смеяться, плакать, закатывать глаза, удивляться, не понимать, почему именно так... Я любила читать книги разной тематики, будь то классика или детектив, или роман, вот только...там не было того, что герои запутывали клубок нити до степени путаности.
Я не с первого раза расслышала рингтон своего мобильника. Похлопала глазами, снимая с себя оцепенение, и достала с кармана кардигана телефон. На дисплее высветилось имя подруги.
― Привет, Ирка, ― букркнула. У меня не было желания ни с кем сейчас разговаривать, а учитывая, как может себя повести Соколова, если не отвечу, жди скорого ее приезда.
― Почему мы такие грустные в такой-то праздник? ― пропела она, вызывая скудную улыбку на моих губах. ― Где искры, радость, крик? Мать, тебе же двадцать семь лет исполнилось. С днем рождения!
Коснулась лба, протирая и жалобно скуля. Как я забыла, что сегодня тридцать первое июня. Господи, в голове забита совсем другая информация и до себя мне попусту нет сил дойти. А еще...подарок Королева. До сих пор чувствую себя не в своей тарелке от его сюрприза.
― Ну, же? ― отвечает она, после минутной тишины. ― Ты хоть на этой планете, Денисова? Или Макс сделал из моей подруги мечтательницу?
― Спасибо за поздравление, Ира... Но сейчас я не в настроении. Не тот день, для того чтобы радоваться.
― Ты издеваешься? Я тут так рано встала, ждала подходящего времени позвонить тебе и поздравить по народному. А ты... Ладно, если серьезно, что случилось?
― Давид случился, ― шумно вытолкнула воздух с легких.
― Мне стоит приехать? ― взволновано спросила Соколова.
― Нет, не надо...
Отрыжка поднялась снизу вверх, отдаваясь послевкусием в горле. Сглотнула, пробуя на вкус какую-то противную горечь. Потом резко сдавило грудь, дышать стало труднее... Сглотнула снова и на этот раз вкус стал более омерзительнее, пропитываясь по стенкам ротовой полости. Положила руку на грудь.