Пожала плечами и положила в рот вату.
― Я к нему ничего не чувствовала. Слишком много вокруг него девушек, чем-то заносчивый и вперед идущий.
― Твои вкусы скоро меня до инфаркта доведут, ― отшутилась она, поправила топ без лямок и осмотрелась вокруг, рассматривая огромный выбор парней. ― Если бы ты ему дала шанс, то может не осталась до сих пор одна.
― Ну, нет. Я с ним не стала бы встречаться. Ульяна из меня бы сделала фарш.
― Эта черствая и наглая Ульяна? Дожили. Не хватало нам ее еще вспоминать, как припомню, какие она нам с Лехой «свидания» устраивала, от чего руки зачесались снова.
Придвинулась к ней, отмечая про себя, что даже в те времена она не теряла очарования в своих данных: светлые длинные волосы, тонкие плечи, большая грудь, которую иной раз любила доказывать мужскому полу в третьем размере, бездонно голубые глаза и острый перчик, без которого не обходился ни один парень в постели. И сейчас Ира не потеряла свою резкость, временами безбашенность, а еще приобрела опыт.
― Напомни, из-за чего вы расстались?
― Этот ушлепок мне изменил. Да и он не старался как-то меня вернуть, прохлаждаясь каждые дни до окончания четвертого курса в клубах или в постели со своими мулатками.
Соколова фыркнула, искривила лицо и доела до конца свою порцию. Ей до сих пор невыносимо больно думать о бывшем, ведь от меня не укрывается какая нить связывала ее с Лешей. Поэтому частые свидания и нескончаемый перебор парней. Поскорей бы ей найти единственного мужчину, чье сердце отдашь в надежные руки и позабудешь прежние устои обиды и терпения.
После окончания университета каждый разбежался кто куда, лишь бы найти место и заработать побольше денег. Никто из нас не общался, не искал контакт, устраивая жизнь на новой странице в дневнике. Мы с Иркой тоже пошли в гору, только вот я изменила предназначение и взгляд на работу архитектуры. Знала, что ничего ценного и желанного не получала бы от профессии. Креативность состояла в желании восполнить интерьер и отдать часть своей идеи, но заказчики ограничивались лишь в подачи того материала, который требовали и взимали с работника. И так случилось, что мой путь свернул на свадебное агентство…
― Главное, что сейчас нам хорошо, ― уверила ее, погладила по плечу, только нахмуренное лицо подруги не менялось. Доела последнюю маленькую часть ваты, кинула в мусор палку и, взяв за руки Иру, потащила дальше бродить по берегу. ― Не хмурься, тебе не к лицу.
Щелкнула по носу девушки и глазенки заискрились. Двинувшись дальше, обсуждали каждую иголку в стоге сена, переламывали косточки всем нашим врагам и не старались замолкнуть хотя бы на несколько секунд. На душе не было сквозняка, душевность наполняло каждый простор пустоты, вселяя в меня уверенность в своей жизни. Пускай у нее перепадали шуточки по поводу меня и моего мужа, но я до бескрайности была на позитиве рядом с ней.
Мимо нас проходили миллионы мужчин, то и время поглядывая на нас с Соколовой. Думаю, больше на нее, ведь на моем безымянном пальчике красовалось кольцо, так что у подруги были все шансы сейчас познакомиться с каким-нибудь атлетом или штангистом.
Хихикая на всю улицу, мы прошмыгнули в кафе, в которое заходили единично, и пристроились за нашим фирменным столиком на веранде. Как всегда все со вкусом и воздушно.
― Давно не были, кажется, выпускной тут отмечали?
― О да.
Официант подошел незамедлительно, протянул нам меню и, уведомив, что вернется через пять минут, скрылся с поля зрения.
― Как думаешь, стоит ли заказывать горячее? ― Перелистывала, вчитывалась в содержание разных категорий, усмехаясь, какие все же цены подкрутили. ― За последний год кафе изменилось во всех смыслах. Москва становится центром сдирания огромных денег.
― Это точно. Поскорей бы в отпуск и уехать в Хабаровск к родителям подальше от суеты.
Соколова задумчиво оглядела меню, хмурясь с каждой страницей все больше и больше. Мне и так неудобно тратить деньги Давида, ведь сидеть на его шее хотелось бы никогда. Все же я не маленькая, могу сама честным трудом заработать сбережения, при этом использовать во блага, когда нужно и требуется. А никак Ира. Но у любимого другие мнения насчет того, чтобы я целый день работала «в каком-то там агентстве не пойми кем». Слишком уж критично и пессимистично, не считаясь с моим желанием, ― чем превыше всего я готова заниматься. А в старом милом кафе сэкономить уже не получится.