Королев ухмыльнулся.
― Любишь же ты вставать в позу. Не переживай. Ты его знаешь.
Магнетизм отозвалась между нашими телами.
Как бы я не противоречила, но все мои крохотные сдвиги были написаны на лице.
― Пойдем. ― Бережно взял мою ладонь, разлепив руки, поцеловал костяшку, что низ потянуло и тяжелая смесь бунтарства, одержимости ударило в плоть. И этот пробирающийся до глубины сердца взгляд… Стрелял, расщеплял и сводил с ума.
Мы пошли в сторону парковки, где битком располагались машины и пару мотоциклов. Мест не оставалось из-за приближающегося вечера. Сегодня как раз стати пятница и никому не захочется прохлаждаться после долгой рабочей недели в квартире, поскорей выбираясь развлечься со своими друзьями. К тому же неподалеку располагался пляж, и не составило труда понять, куда направилась только что мимо проходящая компания с пакетами и рюкзаками.
Перебирала ногами, стараясь успевать за всемогущим Королевым. Хорошо, что я додумалась надеть кроссовки вместо каблука до десяти сантиметров, как обычно бывает. Он так и продолжал держать меня за руку, к чему, на удивление, не противилась, а лишь взбудоражилась.
― Надеюсь, ты еще не потеряла вкус драйва, ― донесся голос Макса, и мы тут же остановились около красного, переливающегося на свету мотоцикла, MV Agusta F4CC [1]. Рот приоткрылся от увиденного, что в груди застрял ком адреналина, уже ощущая мощь и разгон этой красавицы. ― Как тебе?
Провела рукой по седлу водителя и поднялась выше, затронула топливный бак, перебралась к рулю и очертила все детали наивысшего пилотажа. Бог ты мой, о таком я мечтала в пятнадцать лет. Немного повернутая мечта, осуществить которую было под силу самого богатому человеку на земле. Я собирала деньги в копилку, все время мучила родителей своими сумасшедшими представлениями, что иной раз отец затыкал уши. И теперь он был передо мной со всех ракурсов, самым настоящим и ощутимым.
Подкрученный сзади и удлиненный в сиденье, поменянные шины на более массивные, отрегулированный руль, добавлены новые устройства для большого разгона.
Плечи опустились, когда тихий возглас вырвался с губ.
― Ах, Макс, он же стоит очень много. Я даже не могла себе такого позволить, ― зараженная видом мотоцикла, воскликнула я и стала рассматривать со всей возможной стороны. ― Боже…
― Когда ты правителей империи «Korolev Grow» не трудно себя побаловать чем-то роскошным. ― Подняла на него глаза, и он расплылся в живой улыбке, что еле уловимая ямочка появилась на правой щеке под слоем трехдневной щетины. ― Есть приятный бонус, ты тоже сможешь на нем прокатиться, когда мы доберемся до пункта.
― Правда? ― Улыбка до ушей так и рвалась отразиться на губах. ― Я очень хочу прокатиться на этой крошке. Тогда чего ты медлишь, поехали… — А уже тихо добавила: — Пожалуйста.
Смущенно опустила глаза, понимая, что поддалась на искушение своих эмоций. Но во мне ожили какие-то старые механизмы, которые разворошили темные тучи. Частичка моих успехов и интереса были на расстоянии вытянутой руки.
Не собираюсь упускать момент, когда наполню чашу от полугодового воздержания до краев.
― Мне нравится твой энтузиазм, Денисова. Держи, не думаю, что тебе понравится увидеть свои волосы в виде гнезда.
Надменно фыркнула.
Макс протянул шлем, и я быстро его надела, как следует заправив волосы, чтобы не мешались по дороге. Мужчина проделал тоже самое, перекинул ногу через мотоцикл, убрал подножку и завел машину за минимальную секунду, что рев мотора разнесся по всей парковке. Уши оглушило от подачи газа, шум забарабанил по стенкам ушной раковины. Приятный на слух звук.
Подав знак, стремительно устроилась позади него и обвила руками талию мужчины, что сквозь футболку прочувствовала выбирающиеся кубики пресса своими вспотевшими ладонями. Сглотнула, чуть не подавившись слюной, и сосредоточилась на дальнейшем.
― Держись крепко, крошка, ― громко сказал Макс и придал напор.
Мертвой хваткой вцепилась в него, грудью уперлась в стальную спину, а в нос протянулся мятный запах его тела. Вдохнула полной грудью, затемняя в разуме следы здравомыслья и отдаваясь во все тяжкие на предвкушение острого адреналина. Мужская сила была распространена на каждом участке тела, в каждом слове и духе, от Королева веяло неукротимым сексуализмом. Даже через его плечо заметила, какая напряженность витала внутри накаченных рук, от чего вены выпирали, демонстрировали власть.