Дотронулась рукой до шеи, медленно стала опускать по груди, пока мужчина следил за моими пленными и упоительными действиями. Опустила ее на бедра и заметила, как напряженно дернулся его кадык.
― Не могу сказать. Надо будет подумать чуть дольше.
― Дольше говоришь? ― Глаза в глаза и буря поднялась. Наступать на меня жертву может каждый и без расточительных упорств и учений.
Могла просто пойти назад, уйти вправо, влево, но тогда потеряется мания преследования и наступления. Каждый охотник желает знать, где сидит фазан… Фраза имеет отношение к радуге, а я сейчас вовсе говорю не о ней, о чем-то большем, кровожадном.
― Всегда удивлялся твоей манере приманивать. Чем же ты привлекаешь меня?.. Простая, без пятого размера и округлых бедер. Что в тебе есть такое, что нет в других?..
― Только ты можешь знать ответы на свои вопросы.
Макс встал вплотную. В живот уперлось что-то действительно твердое, рельефное, теплое, впускающая в меня заряд стовольтной щекотки. Его руки взяли мое лицо, приблизили к нему, от чего пришлось встать на носочки и вонзить ноготки в массивные плечи. Наши дыхания сплелись воедино, стали спонсировать тем, чтобы до смерти задохнуться.
― Я искал все эти годы. И теперь мой ответ передо мной.
Здравый ум твердит бежать, а чувства ― переполняют каждую клеточку тела нездоровой потребностью остаться. Побыть еще несколько минут с ним, захотеть поцеловать или же утонуть в бездомных черных глазах.
― Астрид, ― точный, хранящий отрывистость молчания, гортанный шепот прилетает прямо в губы. На спине образуются бисерины пота, сердце скачет в унисон, что услышать может даже он.
― Макс…
Еще одно мгновение. Еще секунда.
Губы соединяются, языки сплетаются в танце, бесконечный утомительный шквал оживает и нас заносит.
Напоминаю, что все новости и анонсы можно увидеть в группе во Вконтакте: vk.com/milaniza_1
Также, если вы хотите пообщаться, то можно меня найт ив инстаграме. Ссылка на страничку в профиле)
15 глава
Это не был нежный, аккуратный поцелуй, это поединок, сражение. Страсть, огонь, наваждение и азарт туманят, вокруг нас все наполняется лавой, река которой таки таит в себе столько недосказанных слов, столько тайн и упреков. Мы в них тонем, пытаемся сказать эмоциями все, что скопилось за столько лет.
― М-вах… ― простонала прямо ему в губы.
Зарываюсь пальцами в короткую шевелюру мужчины, поглаживаю успокоительным рвением и оттягиваю волосы на макушке, пробуя на вкус прелесть быть снова подвергнутой отчуждению в тоже время прельщения.
Его руки хаотично двигаются, касаются всех участков кожи, воспламеняя и так обожженные места. Он не старается заходить глубже дозволенного, упиваясь тем, чтобы дотронуться до ягодиц, стиснуть их, погладить талию, слегка задеть грудь и за шею притянуть плотнее. Притягивает, отстраняется, целует в шею, снова языком исследует рот, что крышу окончательно сносит. Оттягивает нижнюю губу, и затуманенные взгляды скрещиваются.
― Слишком долго твои губы держали меня на волоске риска. ― Поднимает руку и проводит большим пальцем по губам, что инстинктивно приоткрываю рот, не сводя с него глаз. ― Какая послушная…
Молчу, не зная, что сказать. В одном я переполнена аппетитным наслаждением плода, в другом ― горю от стыда или же… Я запуталась во всем.
То как он останавливает свои шоколадные глаза на мне, изучает, словно учебник перед экзаменом, то как выманивает из меня очевидное, нежели пряча под стопкой не разобранных бумаг, то как будит, разжигает, порождает фантастическую и раскаленную, как угли с переливом голубого и насыщено-оранжевого цвета, потребность быть заполненной им.
И даже сейчас смотрим долго, упорно, пытаемся высказаться, дышим поверхностно, часто, синхронно, пока внутри живет все совсем по-другому. Призрачный мир для нас двоих. И вновь набрасываемся, будто длительный промежуток ― источник непосильности устоять, сорваться с крючка и быть как на иголках.
Легче забыть десять поцелуев, чем один. Один близкий по духу, но дальний поблизости.