― Просто надоело смотреть на твою вечно кислую физиономию, не хочу допустить своих ошибок у тебя, от которых станет только хуже. В твоей жизни не так важна работа и потаскухи, черт подери, а любимая, с которой ты забудешь обо всех трудностях и расслабишься, довольствуясь уединением любви. Ты же за все десять лет так и никого не нашел, все время вспоминая Астрид. Если она снова появилась в твоей жизни, то боженька недаром поддал шанс, а ты его хочешь профукать. Что тебе мешает на сей раз действовать?
― Боже правый, папа, иногда я хочу тебя ударить за все эти сопли.
Он запрокинул голову, и гортанный смех растворился в пространстве.
Следил за подрагивающим телом мужчины, обдумывая ход действий. Сложная, однако, задача вот так просто взять и действовать. Знаю, что обещал ее не трогать своими любимыми выкрутасами, пытался не наводить еще больше накала между нами, а получил что взамен? Отгородил ее от себя ― удар под дых.
Взгляд был направлен сквозь отца. Папа прав. Столько секунд, перетекающие в минуты, часы, дни, месяца и года, всегда возвращали в былые времена, которые уже не вернуть и не исправить. Так почему же я не могу сейчас пойти не по правилам и не добыть то, что по праву является моим? Какой закон действует по отношению третий лишний в браке? Идиотский любовник?
Сложил губы в трубочку, прокручивая слова красавицы. Нет в ее жизни доли радости и занятия, вечно взаперти, вечно одна, вечно не достающая вниманием. Неужели, Давид не понимает, что таким образом лишает ее возможности стать кем-то большим, чем просто жена и мать детей? Развлечение для тяжелых будничных дней. А для меня она целое звездное небо… Смотреть на нее, перебирать пряди волос, целовать там, где никто не сможет, говорить развратные словечки, любить, обниматься, кружить, чтобы она ощущала себя птицей в полете… Для нее я хотел подарить весь мир.
Астрид ― девушка с крыльями ангела, которую не заслужил.
― Ну, так что? Стариковская помощь нужна?
Посмотрел прямо ему в глаза, вокруг которых прокладывались глубокие морщинки.
― Не думаю, но есть одна затея…
17 глава
Астрид
― Я благодарна, что ты хочешь меня вытащить из хором, но я отказываюсь, ― перекрикиваю бурление кастрюли, попутно вытираю руки об полотенце и помешиваю на сковородке лук с морковью. ― Развлекайся без меня.
― Бу-бу-бу, ты так и помрешь занудой. Чем тебе не нравится идея встретиться с мальчиками?
Светловолосая голова показалась из-за перегородки, и личико моей подруги озаряется ангельским прошением. Одна старая поговорка гласит, не стоит книгу судить по обложке. И беря в счет Иру, то ее стандарт красоты значительно отличается от манер и характера. Она беспринципна, хитрая и временами бестактна, от чего по ее рассказам у нее бывает с начальником разногласия. Но не понимаю, как он до сих пор ее не уволил.
Сегодня у нее выходной, поэтому ей не составила труда явиться ко мне и составить компанию. Но я никак не ожидала, что она начнет меня упрашивать пойти с Русланом и Максом. И на секунду, Королев ― глава фирмы, шишка, за которой будут подтирать пол, чтобы он сверкал, он вообще должен работать. Или…он хотя бы работает?
Крышка кастрюли снова стучит, приходится немного сбавить подачу огня и развернутся всем ракурсом к девушке, что расположилась теперь на барной стойке. Уперлась ягодицами в столешницу, убрала лишнюю прядку со лба, глядя на своего вестника вечеринок с нескрываемым отрешением.
― Почему ты не хочешь пойти одна с Русланом? Прошлый раз вы отлично поладили, ― в воздухе показала кавычки, от чего Ирка захихикала. ― Моего места рядом с ними нет.
― Ох, не думала, что мне достанется такая подруга…
― Это какая? ― скептически выгнула бровь.
― Слишком капризная. Этот мужик мне не нравится, та дамочка неправильно пьет, с Королевым у нас ничего не получится. Тьфу. Ей богу, складывается ощущение, что ты берешь пример с бабулей, только те сидят на лавочках, сгорбившись, и кормят кошек.
Придержала улыбку, стараясь на лицо нацепить непроницаемый вид. Надо же было меня так сравнить. Девушка изогнулась в спине, подпирая руками подбородок и сверкая своими голубыми сапфирами, загадочным айсбергом, что навевает интересный холод одним взмахом ресниц, губы сложила в блаженную ухмылку.