Выбрать главу

― Строишь из себя Королеву? М-м-м, дай подумать, вы же с Максиком разбежались десять лет назад и до сих пор не можешь снять корону?

Она сделала шаг вперед, сталкивая нас чуть ли не лбами. Растянула губы в самой якобы милой улыбке. Позволять нарываться ― это нужно только усмирить тщеславность. Меньше всего мне хочется драться и что-то ей доказывать, старое время давно ушло, и перед нами стоят куда другие пути. Милана ― преграда, которую нужно перенаправить на ее же увлечения.

Эти две минуты рассказали мне об ее расположении в обществе. Не стоило даже спрашивать. Ничего не достигнувшая, потерявшая много шансов и утратившая веру в свои, казалось бы, возможности. На лице тонна косметики, а это означает ― былая ее красота не радует никого. Она всегда надеялась жить на широкую ногу, есть мужик, значит, есть деньги. Есть деньги, значит, можно тратить налево и направо. Можно тратить налево и направо, значит, в скором времени отжать все, что миска останется блестеть. Как проста теорема ее существования.

― Ты что ли виделась с ним? ― Не случайно она вспомнила про него.

― Если и так, тебе то что? ― Девушка оголила ряд белых зубов и заострила внимание на кулоне, что свисал на шее. Драгоценный камень разглядеть было возможно, когда огонь благодаря лучу выдавал достояние и цену великолепия. Зависть неоновой вывеской пробежалась в радужке глаз Миланы. ― Все равно ваши отношения давно закончились. И смотрю, твой кошелек очень даже богатый. Не хочешь рассказать, поделиться своей историей жизни?

― Послушай, Милана, нам не о чем больше разговаривать. Ты сделала свой выбор много лет назад и, похоже, ни о чем не жалеешь. Так давай обусловимся напоследок некоторыми словами. ― Немного поддалась вперед. ― Забудь об этой встрече и о том, что моя жизнь сложилась не так, как у тебя. Ты ― недоспелое яблоко и вряд ли оно проживет еще несколько лет.

― Ах ты...

― Да-да, я такая плохая, ненормальная. Лучше не старайся лезть на рожон, а то сильно пожалеешь.

― Это ты мне угрожаешь? ― приподняв брови, дерзко спросила Чижова. ― Я тебя сама растоптаю, милая моя.

― Посмотрим, ― приподняла уголок рта в кривой усмешке и, развернувшись, направилась в другую сторону подальше от чокнутой бывшей подружки. Чем дальше я отходила от места, тем сильнее сердце возвращалось в норму. Наша встреча не оставила положительных черт, наоборот, градус раздражимости и злости возрастал на циферблате. Никогда себя не чувствовала так паршиво от встречи со старыми «друзьями». Надеюсь, это был первый и последний раз...

Взяла в холодильнике молоко и налила себе в стакан. Прохлада протекла по горлу, помогая остудить пыл и утолить жажду. Несколько минут назад я снова созвонилась с Иркой, рассказала про неожиданную встречу с бывшей подругой и выслушала громкие, неприличные слова по отношению к этому неприятному человеку. Мы поговорили еще о Руслане, и я крайне удивилась, заподозрив в голосе девушки грусть и печаль. Ничего хорошего, получается, не стоит ждать от этих двоих. Как предсказуемо для Волкова. Бедная Соколова, она втрескалась в него по уши.

Посмотрела за окно, встречая вид с сотого этажа. Разнообразный пейзаж каждый божий день встречал меня, особенно мне нравилось на него смотреть ночью. Машины вдалеке мигают своими фарами, отблески света от других зданий простилают таинственное освещение. Хотя на некоторых улицах было бы страшно ходить. Мир меняется с каждым годом, преступность становится такой обычной в порядке вещей, поэтому лишний раз прогулки не устраиваю, если не в сопровождении с кем-либо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Услышала рингтон мобильника и пошла обратно в гостиную, отпивая медленным глотками молоко. Комнату разрывала песня Jony, на мгновение мне захотелось станцевать и подпеть песне, только стоило увидеть всплывающее имя абонента, скорее ответила. Мы с ним не разговаривали целые сутки, мне показалось, что он просто воспользовался мной и больше не собирается влезать в мою жизнь.

― Привет, детка, ― устало произнес он. Расплылась в благодушной улыбке, присела на диван и закинула ноги. ― Хотел тебе позвонить еще раньше, да вот дела не дали.

― Почему же вы мужчины всегда при делах, а про женщин забываете? ― обиженно отозвалась.