Приложил руку к поискам россыпного золота и небезызвестный в зауральских краях предприниматель Поклевский-Козелл. В 1863 году им была отправлена изыскательская партия из 10 человек и одного штейгера к речкам Манья и Народа. Он действовал по доверенности от имени Варшавского потомственного почетного гражданина купца 1-ой гильдии В.П. Кузнецова. Его инициалы и сохранились на межевых столбах, установленных штейгером: «В.П.К.».
Дело в том, что по правилам «Положения...» на межевых столбах должны быть указаны инициалы заявителя. Некоторые из столбов удается находить и в наше время с такими знаками: «А.Г.Г.» («Алексей Григорьевич Глазков»); «О.С.П.К.С.С.» («отвод Семеновского прииска купца Семена Сигова»; «Н.В.О.» («Иван Васильевич Оконишников», тюменский купец 2-й гильдии, 1857 год) и другие, им подобные. Кстати, поверенным И.В. Оконишникова и руководителем артели, отправленной на приток Лозьвы реку Ушму, был ялуторовский мещанин И.О. Бурлаков.
В последней трети XIX столетия ажиотаж вокруг североуральских золотых россыпей заметно снизился. Причиной тому стало невысокое содержание золота, приходящегося на единицу объема добытой из шурфов горной породы. Невелика была и мощность золотоносного слоя песка: от 0,5 до 1,5 аршина. Наибольшие сложности при выполнении горных работ доставляло старателям постоянное затопление глубоких, до восьми аршин, шурфов водою от подземных и паводковых притоков. Отмытое золото едва окупало вложенные средства. Разорились мелкие частные артели. На плаву остались только те, кто обладал крупными капиталами, либо отряды акционерных обществ или концессий. Например, в 1898 году предприниматели И.И. Ланге и Г.В. Грязное совместно с представителем английской «Новой компании изумрудов» в городе Екатеринбурге Н.А. Нечаевым организовали «Первое североуральское горнопромышленное общество» с капиталом в три миллиона рублей. Компания получила право на разработку россыпей по рекам Манье, Сыгве и Ятрии. Рассказывают, что заявочные столбы компании с медными табличками, датами установки (1900–1914 гг.) и текстом на английском языке, стояли в устье Маньи еще совсем недавно. С началом первой мировой войны работы прекратились.
В истории поисков золотых россыпей в районах тюменского Урала навсегда вписано имя выдающегося русского геолога, основателя научной кристаллографии, директора горного института в Санкт-Петербурге Евграфа Степановича Федорова (1853–1919 гг.). В 1885–95 годах – десятилетие наивысших творческих достижений ученого, он работал на Северном Урале. В экспедиционных поездках Е.С. Федоров (илл. 337) обследовал от истоков до устья реки Лозьву, Сосьву, Няись и многие другие. Добирался до широты шестьдесят четвертого градуса, а это Саранпауль и Березово.
Разведка золота на тюменском Урале ведется геологами и в наше время. Их усилия в основном сосредоточены на поисках коренных месторождений золота либо на рудах, в составе которых выявлены запасы благородного металла. Промышленная добыча золота в россыпях сохранилась только в районе Ивделя.
По недавним сообщениям печати («Тюменская правда», 26 апреля 2000 г.), в районе Саранпауля на территории тюменского Приполярного Урала геологами партии нерудного сырья найдены первые полтора десятка ювелирных алмазов и откартированы кимберлитовые трубки. Тюмень получила собственную алмазоносную геологическую провинцию.
В музее истории науки и техники Зауралья при нефтегазовом университете хранится фрагмент набора латунных гирь – «золотников», которые использовались золотоискателями для взвешивания найденного драгоценного металла. «Золотники», названные так в обиходе в соответствии со звучанием старинной русской дометрической мерой массы (1 золотник равен 98 долям или 4,266 граммам), удалось отыскать на одном из чердаков частного дома в г. Тобольске.
Находка неслучайна: многие состоятельные тоболяки пытались найти старательское счастье по берегам рек Приполярного Урала. Измерительный инструмент веса в поисках золота был крайне необходим.
«Золотниковые» гири представляли собой набор чашек с крышками. Подобно матрешке, они вставлялись друг в друга. На дне одной из них выгравировано имя мастера и год изготовления: «И. Малыгинъ, 1892», вес – 48 золотников. Тобольская находка – вещественное свидетельство причастности губернского города к поискам золота на территории тобольского Урала в конце XIX столетия.