- Я же говорю, не убивал я! – мальчишка шмыгнул носом. – Я вернулся, решетчатая дверь открыта, и марграв на полу лежит. Я подумал, что он притворяется мертвым, а как я войду, он на меня и бросится. Вот и достал кинжал! А он не притворялся, оказывается! Я не убивал! Я бы никогда!
И Дрих закусил губу, из последних сил сдерживая слезы.
Я смотрел на него и соображал: нет, невозможно поверить, что этот… дрищ мог справиться с Тиарном. Которого явно убили не спящим, а бодрствующим. Кроме того, перерезать горло, отбросить окровавленный нож и выхватить второй, чистый… это требует куда больше хладнокровия, чем есть у мальчишки.
Отвернувшись, я сделал шаг к мертвецу и увидел окровавленный нож, лежащий чуть в стороне от подсыхающей лужи. Поднял нож кончиками пальцев, чтобы не испачкаться, и повернулся к остальным:
- Чей это нож? Кто-нибудь знает?
Бекан, еще один из стражей, громко сглотнул. Ансгар, Винн и Гверн переглянулись.
- Это нож Бекана… - неохотно произнес Винн. – Похож, по крайней мере, будь я проклят по самую селезенку.
- У меня его украли, - торопливо заговорил Бекан. – Я спал, а когда проснулся от шума и чада, положил руку на пояс – ножа нет. Это сделал кто-то из вас! – бросил он своим сотоварищам по страже.
Потом вдруг охнул и повернулся ко мне:
- Ваше величество, это Ансгар, точно вам говорю! Ключ от решетки – у него! Больше некому было открыть дверь! Мальчишка бы не мог, я бы не мог! Только Ансгар!
Все уставились на рослого стража, а тот схватился за ключ, висевший у него на шее.
- Я не делал этого, клянусь, сир! Я был в коридоре, спустился на нижний этаж, искал, где пожар!
- Кто-нибудь видел тебя там? – спросил я.
Ансгар сделался бледен.
- Я… я не знаю…
- Там и в паре шагов ничего видно не было. Чистый ад, побери меня Везельвул и все его аггелы, - вставил Винн и сплюнул прямо на пол. Посмотрел на меня и торопливо затер плевок ногой.
- Когда вы разбегались отсюда, как безголовые цыплята, - заговорил я, обращаясь ко всем четверым, - дверь к Тиарну была закрыта на замок?
- Да, - сказал обычно молчаливый Гверн. – Я дернул перед тем, как бежать, на всякий случай.
Я перевел взгляд на Ансгара. Этот человек, обычно разумный и хладнокровный, был мне по душе. Но открыть дверь мог только обладатель ключа – единственного ключа от решетки, который стражники по очереди передавали друг другу. Второй ключ от камер, в которых сидели семеро, был у кастеллена, и тот уже принес все возможные клятвы, заверяя меня, что эти ключи в безопасности.
- Я требую божьего суда, - хрипло произнес Ансгар. – Я готов держать раскаленное железо, чтобы доказать свою невиновность.
- Вот куда не следует торопиться, так это на божий суд, - раздался позади меня знакомый голос.
Я сильно вздрогнул и обернулся. Поистине, Гриом был в родстве с добрым народом или нечистой силой, иначе как он ухитрился просочиться сюда мимо меня?!
- Да простит меня ваше величество, - произнес мой тайный советник неявных дел, - я осматривал углы камеры, когда вы осенили нас благодатью вашего присутствия, и я не посмел перебить вас и не хотел перебивать говоривших, дабы дать вам знать о своем пребывании здесь, - и он низко поклонился.
Эта речь, которая в устах всякого другого человека прозвучала бы лютой издевкой, в устах Гриома звучала вполне естественно. И да, этого маленького серого человечка, бесшумного и неуловимого, как небольшое приведение, бывало трудно заметить и удержать в поле зрения даже среди бела дня.
- Не будет ли ваше величество так добры, чтобы сделать шаг в сторону? Я хотел бы перевернуть тело покойного, дабы осмотреть рану на горле.
Я шагнул в сторону, и Гриом осторожно перевернул мертвеца затылком в лужу засыхающей крови. Лицо и грудь Тиарна были в крови, глаза закатились, на горле действительно зияла рана, похожая на издевательски растянутые в улыбке губы.
- Горло перерезали сзади, когда марграв стоял… стало быть, либо он доверял убийце, либо не опасался нападения… - Гриом, низко наклонившись, рассматривал лицо и грудь покойника.
- Он мог подумать, что поджог устроен ради его побега, - сказал я.
- Безусловно, сир, безусловно… А поскольку горло резали со спины, то брызги крови на убийцу не попали. Несомненно, убийца – человек опытный и хладнокровный.
Все уставились на Ансгара, тот крупно вздрогнул и открыл рот, чтобы что-то сказать, но Гриом его опередил:
- А что это у нас такое? – удивленно произнес он, протянул руку и, засунув пальцы в рот мертвецу, вдруг вынул оттуда большой окровавленный ключ.
Все охнули. С первого взгляда было понятно, что это такой же ключ, как тот, что висел на груди у Ансгара, только сделан не из железа, а из олова, и добавок не очень аккуратно.