Для достижения собственных целей Геббельс использовал все качества, которыми обладал: и холодный интеллект, и проницательный и расчетливый ум, и виртуозное умение играть на людских слабостях, но главное – ораторский и актерский талант. «Если Гитлера как идеолога и автора „Майн кампф“ можно рассматривать в качестве своего рода драматурга нацизма, то Геббельс оказался талантливым режиссером и актером в одном лице», – писал Ю. Векслер в эссе «Лаборатория доктора Геббельса», посвященном министру пропаганды. О неординарных актерских способностях рейхсминистра пропаганды пишет и известный русский эссеист Б. Хазанов в очерке, опубликованном в журнале «Октябрь» за 2002 год: «Геббельс, по всей видимости, был актером с головы до ног, что не исключало искренней, поистине беззаветной преданности режиму и харизматическому вождю. Геббельс был фантастическим лгуном: атеист – он уснащал свои речи религиозной терминологией, враг большевизма – восхищался в своем дневнике диктатурой Сталина; но, оставаясь лицедеем, он не был лицемером».
Да, Геббельс, как и Гитлер, был отменным лицедеем, с некоторой лишь разницей: фюрер обычно не только играл роль, но и отождествлял себя с изображаемым персонажем, полностью перевоплощаясь в него; тогда как Геббельс, заранее рассчитав каждое слово, все время помнил, что и как он должен играть. Гитлера иногда настолько одолевал фанатизм, что он забывал обо всем, поддавшись эмоциям. Геббельс же, изображая перед публикой ярость, презрение, злобу, почти никогда не испытывал этих чувств на самом деле. «…Обладающий приятным голосом, ясным рассудком и несгибаемой волей, наделенный умением пользоваться собственным словом как мощнейшим оружием, этот персонаж, родись он на несколько столетий раньше, мог бы стать вождем Крестового похода. Из тех, кто способен в минуты полнейшего отчаяния, когда кругом враги, колодцы отравлены, а последние припасы съедены пару дней назад, воодушевить войско на безумную, почти безнадежную атаку, отыскав, а то и выдумав чудотворную святыню. Он мог бы в равной степени оказаться инквизитором, одним словом своим зажигающим по всей стране костры охоты на ведьм. Он бы искренне уверовал в правильность того, что делает. Способность к убеждению и самоубеждению ему была дана немалая. Вот только времена Крестовых походов, великих инквизиторов и пламенных проповедников миновали. Дар, доставшийся ему, казалось, не будет востребован. И тогда он поставил свое умение превращать обыкновенные слова в нечто большее на службу власти, на службу режиму. Самому проклинаемому из всех известных нам сегодня. Режиму Адольфа Гитлера», – так написала о главном идеологе фашизма автор книги «Йозеф Геббельс. Особенности нацистского пиара» Е. Г. Кормилицына. Исследовательница задавалась вопросом о том, кем же был этот политик, демагог и оратор: «Бесноватой обезьянкой на плече бесноватого фюрера, каким его изображали карикатуристы? Гением пропаганды, сумевшим ввести в искус и очарование, прельстить и предать целый народ? Фанатиком, заставившим уверовать в постулаты новой веры всех, в том числе и себя самого?» Попробуем ответить на этот вопрос и мы, а заодно попытаемся разобраться, в чем же состоит загадка стремительной карьеры создателя нацистского культа и тайна успеха геббельсовской пропаганды. А успех этот таков, что, пожалуй, не имеет в мировой истории прецендентов. Ведь с горечью можно отметить, что, несмотря на падение фашистской империи, идеи Геббельса по манипуляции сознанием людей живут и побеждают и сегодня, в XXI веке. Их влияние заметно в самых разных областях воздействия на человеческое сознание: от геополитических информационных войн и предвыборной борьбы до коммерческой рекламы. Знаменитые высказывания главного идеолога фашизма, ставшие заповедями оголтелой пропаганды и черного пиара: «Дайте мне средства массовой информации, и я сделаю из людей стадо свиней», «Ложь, сказанная сто раз, становится правдой», «Мы добиваемся не правды, а эффекта» – словно руководство к действию используют многие современные СМИ.
Между тем, сегодня о главном пропагандисте Третьего рейха пишут не слишком часто. «Куда реже, чем стоило бы, о нем пишут беспристрастно, отделяя пропагандистский вымысел от правды. В результате же один из опаснейших соратников Адольфа Гитлера, человек, приложивший массу усилий к подготовке и осуществлению самой страшной войны в истории человечества, либо остается в тени, либо выглядит персонажем карикатурным, комическим. Скорее смешным, чем пугающим, – пишет Е. Кормилицына. – Между тем всем известно, что врага – пусть даже и ныне покойного – не воспринимать всерьез просто опасно. Тем более такого врага, чье оружие остается действенным даже после его смерти. И, заметим, еще более действенным именно после смерти. Забыть об этом было бы серьезнейшей ошибкой».