Я резко встала, и Леона испуганно вжала голову в плечи.
— Пошли. Надо гостей приветить как полагается. Заодно и посмотрю, что в Горелой… Тьфу, ты! В Крайней деревне сделали на мои деньги.
Через час кавалькада всадников выехала из ворот Бельфора. Едва хвост последней лошади покинул подъёмный мост, как упала решётка и застонали, натягиваясь, тяжёлые мостовые цепи. По моему приказу их не имели права открывать до нашего возвращения. Неприятно признавать, но в глубине души я испытала облегчение от того, что брата в замке не оказалось. Ещё утром он укатил в Рижму приводить в порядок тамошний храм.
На этот раз я не форсила во главе колонны в необъятных юбках, а скромно ехала в середине, обрядившись в точно такой же мундир и кожаный доспех, как и рядовые всадники. Только шлем пришлось заменить стёганой шапкой: затолкать отросшие за последнее время волосы под железные ободья мне не удалось. Да еще баронский орден я на всякий случай спрятала под курткой. Мало ли, как повернётся дело.
Поначалу стражники косились на меня, как на заморскую диковинку. Но когда десятник чуть не сломал ноги лошади, на полном скаку влетев в придорожную канаву, потому что больше смотрел на меня, чем на дорогу, моё терпение лопнуло. Я пообещала следующего зеваку оставить без глаз, и играть в гляделки всем сразу расхотелось.
Посоветовавшись с начальником стражи, я взяла с собой двадцать мечников — почти всё, что было в замке. За стенами остался только десяток воинов, не считая полудюжины престарелых ветеранов. Но я надеялась вернуться обратно раньше, чем об этом кто-то узнает. У Горелой деревни стояли тренировочным лагерем еще два десятка лучников. Сорок обученных и экипированных воинов — довольно серьёзное по местным меркам войско. А качественно побряцать оружием было необходимо. Слишком уж обнаглел чёртов дракон.
Конечно, теоретически я обладала отрядом куда большим. Те же отцовские вояки, осевшие в южной области и, между прочим, тянущие из моей казны просто ненормальные деньги. Каждый из них якобы содержал десяток мечников или лучников. В случае войны они должны были бы в течение недели явиться под мои знамёна. Но у меня не было недели. Мало того, я сильно подозревала, что и этих десятков у расслабившихся на дармовых харчах вояк тоже не было.
«Сейчас бы только отпугнуть… — скрипела зубами я, с трудом удерживая узду непривычно сильного боевого коня. — А уж потом я вам покажу, что значит войско, и чем заканчиваются попытки тявкать в мою сторону».
На полном скаку мы влетели в лагерь лучников. Тут же обнялась суматоха. А когда пронёсся слух, что и я прикатила вместе с отрядом, она мгновенно превратилась в жуткий бардак. Мне же оставалось только злиться и клясться ударными темпами провести самую кардинальную военную реформу за всю историю этого сонного баронства.
Когда полуодетые лучники выстроились в подобие кривой шеренги, обозлённый командир стражи выдал такую матерную тираду, что потупились даже видавшие виды мечники. С грехом пополам горе-вояк удалось привести в надлежащее состояние. Но витавший над всем этим слабый запах перегара явственно подсказывал, что если они и будут сегодня стрелять, то точно не в цель.
И тут, словно по заказу, ветер принёс стук лошадиных копыт и залихватское гиканье. Командир стражи покосился на меня, но я только отмахнулась:
— Командуйте, сотник. Главное, уберите этих тварей с моей земли.
Мужчина с заметным облегчением кивнул и принялся раздавать отрывистые команды вперемешку с пинками похмельным лучникам. Он не стал переть на рожон, бросаясь навстречу невидимым пока врагам, а предпочёл подождать их на возвышенности, которую занимал лагерь лучников. Меня поспешно задвинули за широкие спины. Но я и не сопротивлялась: обзор и отсюда был неплох, а случайная стрела, она в любом мире случайная стрела, и от неё никто не застрахован.
Из-за поворота дороги на открытое пространство вылетел чёрный как ночь конь. Всадник так прижался к холке, что я не сразу его увидела. Лишь заметив встречающий комитет, наездник рванул узду, поднимая коня на дыбы. Сразу следом за ним выскочили еще два десятка охотничков.
«Как у себя дома! — прошипела себе под нос я. — Неудивительно, что после таких прогулок на моих полях выживает только чертополох!»
Встрече охотник, в котором я даже на таком расстоянии без труда опознала треклятого дракона, явно не обрадовался. Чёрный конь, сдерживаемый мощной рукой, несколько секунд протанцевал на задних ногах и снова бухнулся на все четыре, только уже хвостом в нашу сторону. Розье погнал животину прямо под переплетение зелёных ветвей.