— Да как я тебе назову имя, болван. Не видишь, что ли, он до сих пор не очнулся?! — рявкнул сотник.
— А мне плевать! — огрызнулся Кольбер. — У меня приказ никого безымянного не пускать. И будь ты хоть сам король, не пущу, пока не назовёшься.
— Спокойно, — я прервала начинающуюся перебранку. В голове роились неприятные подозрения. — Анри, вы поступили верно. Только надо было не драку затевать, а сразу послать за мной. Сотник, кого вы там так хотели протащить с собой?
— Я поймал его в горах. Прямо на дороге у интересующего вас места, — с достоинством отозвался мужчина, одарив оппонента ненавидящим взглядом. — И поспешил доставить сюда.
— Так… Опять же, надо было не в драку лезть, как задиристый мальчишка, а послать ко мне кого-нибудь, — попеняла я. — Ведите его за стены. Кольбер, пусть запишут, как пленника. Благодарю за верность, — я благосклонно улыбнулась покрасневшему здоровяку и повернулась к сотнику. — Пойдёмте, побеседуем с вашим подопечным. Где он, кстати?
— Да вот же!
К нам подвели усталую лошадь, и сотник за волосы приподнял голову висевшего поперёк седла человека.
— Оп-па… — только и смогла проговорить я. — Какая встреча.
ГЛАВА 39
— Вы знаете его, ваша светлость, — удивился сотник.
— Ну, как знаю… Встречались, — обтекаемо отозвалась я. — Пойдёмте. И позовите кто-нибудь моего служителя. Я буду в кабине… Хотя, нет. Мы будем внизу.
Лошадь с привязанным к седлу подростком провели через калитку, Кольбер снова остановился в проходе, преграждая путь сунувшемуся было следом поселянину.
— Кто таков? Почто явился? — успела услышать я его громоподобный рык, прежде чем наша процессия выбралась из узкого перехода.
— Хороший парень, — проговорила я.
— Может, и хороший, ваша светлость, — тут же ответил сотник. — А только я его к себе не возьму.
— Почему это? Потому что он вас побил в драке?
— Ещё кто кого побил! — вскинулся мужчина. — Да я этого щенка в любую минуту… В бараний рог…
— Тогда почему? — прервала ненужное бахвальство я.
— Он мне не подчинился. Не дело это для воина.
— Он подчинился мне, — нахмурилась я.
— И козырять этим будет, пока служит, — буркнул сотник. — Мне такие вольные в отряде не нужны, которые мои приказы обдумывать будут. Вот что хотите со мной делайте, ваша светлость, а не ходить ему подо мной.
«Тогда будешь сам под ним ходить!» — чуть не рявкнула я, но вовремя прикусила язык. Со своей колокольни старый вояка был прав. Однако и оставить без внимания такое проявление верности я тоже не могла. Иначе в следующий раз народ будет смотреть в рот своему непосредственному начальству, напрочь игнорируя начальство высшее, то есть меня.
— Ладно, — сказала я наконец. — Найдём ему другое занятие. Там же вроде и другие были такие же «вольные».
— Были, — признал мужчина. — Человек десять. Чуть с моим десятком не схватились.
— Хорошо… Значит, потом соберёте их всех и отправите ко мне. Я найду им другое занятие.
— Как вам будет угодно, ваша светлость, — с заметным облегчением поклонился сотник и кивнул на своего пленника. — Этого в каземат бы. Да поспрошать со всем прилежанием.
— Поспрошаем. А пока пусть просто запрут внизу.
Сотник кивнул и подозвал двоих стражей. Вскоре пленника утащили, а к нам подошёл Энрико. Увидев моего спутника, он, ни о чём не спрашивая, пошёл за нами.
— Рассказывайте, — поторопила я, едва мы втроём расселись в кабинете.
— Окружить рудник мы сможем, — сразу начал с главного сотник. — Тропок много, придётся постараться, чтобы никого не выпустить, но это возможно.
— Уже хорошо.
— Охрана там не меняется. Человек пятнадцать там же и живут. Получше, конечно, чем рабы, но всё же.
— А кто их кормит? — спросила я.
— Вроде как никто.
— Не поняла.
— Дорога, по которой кони с возами пройти могут, там только одна. Но она не накатана. Давно там никто не ездил. Верховые были. Телеги — нет.
— Значит, должна быть другая! — стукнул кулаком по колену Энрико. — Как-то же вывозят серебро. И съестное опять же. Плохо вы смотрели, сотник.
— В том-то и дело, что хорошо смотрел. Нет там других дорог. Вечером, когда работники из штольни поднимаются, грязное серебро собирают в большие ящики и…
— Грязное?
— Ну да. Плавильня там тоже есть, но она холодная. Если бы там что-то делали, дым еще из предгорья было бы видать, — пожал плечами сотник.
— И что с ними делают, с этими ящиками?
— Стаскивают в большой сарай на краю лагеря.
— Склад там у них, что ли? — удивилась я, мысленно представив себе гору серебряных самородков. — Это было бы хорошо.