Они обе так увлеклись своими делами, что не обращали никакого внимания на гомон и гвалт рынка. А между тем, там происходило, судя по крикам, что-то интересное.
– Держи его, прохвоста!
– Куда побежал! Лови его! А то до моих яиц доберется!
– Вон там мелькнул! Нет, дальше!
– Куда сбежал? Поймать зверюгу да на чучело!
Мия оторвалась от тщательного подсчета монеток, торжественно положила их в обветренную руку травницы и наконец подняла голову:
– Кого это там ловят?
– Понятия не имею. Опять какая-то бродячая животина, небось, приблудилась, – сказала норра Вильса и зашептала, погружаясь в подсчитывание монет: – Пять оре да еще три оре – будет восемь. Восемь оре плюс десять – восемнадцать…
Мия пожала плечами. Она знала, что подсчет денег – дело для пожилой женщины трудоемкое и займет ее надолго, поэтому решила пока убрать травы.
Мия взялась было за плетеную корзинку, скромно стоящую на камнях в стороне, когда крышка на ней чуть приподнялась, и на Мию из щелки уставилась наиочаровательнейшая коричневая мордочка с любопытными бусинками-глазами.