Судьба Лялечки была, таким образом, предопределена еще до того, как она познакомилась со Стасом. Но этот брак длился уже три с половиной года — на шесть месяцев дольше, чем два предшествующих. Верить в то, что «это — Любовь», я отказывалась категорически не только на сознательном, но и на подсознательном и даже на бессознательном уровне.
Проще говоря, я отчаянно ревновала и где-то даже страдала. А страдания вредно сказываются на характере любой женщины, тем более — ведьмы.
— Ну, давай подведем промежуточные итоги, — услышала я голос Стаса. — Хотя, мне кажется, подводить пока нечего.
— Попробовать-то можно, — резонно возразила я. — Хуже не будет.
— Не будет… Значит имеем мы убиенного Серебрякова Геннадия Анатольевича, тридцати трех лет от роду, служащего Сбербанка, зарегистрированного в городе… Оказывается! Зарегистрированы мы в городе Пущино, Московской, правда, области, но уже почти Тульской, если верить географической карте. А вот где он в Москве проживал — сие пока нам неведомо.
— Может быть и не проживал?
— Ну да, и кажинный божий день тратил три часа на дорогу в один конец? Не складывается, дорогая подруга.
— Снимал квартиру?
— Только комнату. Оператор Сбербанка — максимум двадцать одна тысяча в месяц, причем «грязными». Цена заплеванной «однушки» за пределами Кольцевой. А кушать? А в парикмахерскую? А все остальное?
— Домашнего адреса, значит, нет…
— Между прочим, точного места работы — тоже. В нагрудном кармане нашли бирку оператора, только…
— Ну, не тяни ты кота за хвост! Или я начну просто читать твои мысли.
— Не вздумай! Короче, нет в этом отделении Сбербанка такого сотрудника. В других, кстати, тоже.
— Может быть, он эту бирку нашел.
— Возможно. И так удачно нашел, что она полностью совпадает с ФИО в паспорте.
— Значит, бирка поддельная.
— Значит, так. Только смысла в этой подделке я, честно говоря, не вижу.
Я задумалась и «увидела», что смысл все-таки был. Молодой человек, лицо которого я видела нечетко, с такой биркой относительно свободно передвигается по помещениям любого Сбербанка. Не служебным, конечно, а тем, которые для публики. И не просто передвигается, а следит за кем-то из клиентов. Опять же не из числа тех, кто вносит коммунальные платежи или снимает пенсию с книжки.
Нет, его интересовали люди, получавшие кредиты. Или открывавшие персональную ячейку в банке. Сильно интересовали, до такой степени, что он даже диктовал какие-то сведения на свой мобильный телефон…
— Мобильник при нем был? — осведомилась я у Стаса.
Тот посмотрел на меня в полном недоумении и пожал плечами.
— Этим я не интересовался…
— А ты все-таки поинтересуйся, — не унималась я. — Он вполне мог использовать телефон в качестве диктофона. Круг его знакомых, опять же — по списку контактов. Да что я тебя учу!
— Действительно, — насмешливо прищурился Стас, — чего это ты меня учишь?
— Хочу, чтобы ты быстрее стал полковником и перешел на работу в министерство, — огрызнулась я.
— Похвальное желание. А за идею с телефоном — спасибо. Сейчас все выясним. Покойника-то увезли на вскрытие, а личные вещи остались здесь, в отделении. Вот, по описи действительно числится мобильный телефон, бирка оператора Сбербанка, связка ключей, какая-то квитанция или товарный чек из ювелирного магазина…
Неинформативный, я бы сказала, набор.
Стас нажал кнопку внутренней связи и что-то негромко скомандовал.
— Ночевать ты сегодня на работе собираешься? — спросила я.
— Как получится, — пожал плечами Стас. — Скорее всего, очень может быть. Лялечка после скандала еще не остыла…
— Откуда знаешь?
— А не звонит, — простодушно объяснил Стас. — Не спрашивает, зачем я изгадил ее молодую жизнь и растоптал все лучшее.
— А ты растоптал? — с преувеличенным трагизмом в голосе завопила я.
— Обязательно. Хуже того — изгадил все, что мог, а что не мог — все равно изгадил… Ладно, Марина, это скучная тема. Давай лучше кино посмотрим.
— Про любовь?
— Ага, прямо щас! Будем смотреть, что подсмотрели про любовь видеокамеры.
И как только великие сыщики прошлого обходились без достижений технического прогресса! Метод дедукции — ау! Логические построения — где вы? Даже мой высокопрофессиональный друг забывает посмотреть то, что раньше было записной книжкой, а сейчас представляет собой хитрый гибрид телефона и компьютера, по которому, было бы желание, можно определить даже размер обуви хозяина. Нет, полагаются на беспристрастную объективность электронных систем подглядывания.