Денисов первым добежал до грузового лифта, он судорожно захлопал руками по стене, ведь в темноте не мог разобрать, где кнопка вызова. Наконец, на стене загорелась красный круг. К счастью пациента, с тех пор как грузовой лифт привёз его в отделение, больше им никто не пользовался: те двое санитаров, что привезли его, отставили каталку у перевязочной, а сами спустились на пассажирском лифте. Двери лифта раскрылись, залив беглеца желтым сиянием. К тому моменту всё его тело покрывала плёнка из неизвестного вещества, и он буквально блестел, точно модель для инклюзивной рекламы какого-нибудь увлажняющего крема.
– Стоять! – приказал капитан, ускорившись.
И он бы догнал. Двери больничных лифтов так устроены, что, если сквозь закрывающиеся двери пролетит самый дохлый комар – они тут же раскроются. И капитан бы успел туда сунуть хотя бы палец, но поскользнулся на следах Денисова и рухнул, не успев выставить как следует руки.
– Сука! – выругался он и застонал.
Двери тем временем закрылись, лифт загудел и поехал вниз.
– Как вы? – спросил, осторожно подбегая Максим.
– Рука, бляха, что с рукой?
Капитан попытался сесть, но смог опереться только на правую руку. Левая отказывалась слушаться.
– Только не сейчас… – сказал он, глядя разочарованно на руку.
– Дайте-ка я посмотрю.
– Чего смотреть вывих там. Уже третий за два года.
– Привычный, значит. Лягте, лягте. Не суетитесь. Если он привычный, то сейчас мы вас починим, – сказал Максим ощупывая руку.
Конечно, по-хорошему, капитан в тот момент получил новый ранг – пациент Черноярской областной больницы, а именно – отделения травматологии, но Максим понимал, что тот будет протестовать, а потому, наспех изучив плечо сквозь одежду, нащупал покинувшую дом головку плечевой кости, затем сказал:
– Сейчас, главное не дёргайтесь, постарайтесь мне не мешать, а самое главное – не помогать…
– Понял, только давайте быстрее, доктор. Уйдет, сука!
Максим согнул руку капитана, затем оттянул её вниз, приведя локоть к туловищу. Продолжая вытягивать, повернул плечо кнаружи так, что предплечье легло в плоскости тела. Отсюда он повернул руку к груди капитана и кверху, затем потянул чуть выше пока кисть больной руки не оказалась у здорового плечевого сустава. В последний миг доктор ощутил, как плечо сдвинулось, а больной перешёл в свой привычный ранг капитана со вздохом облегчения.
– Надо сделать снимок, на всякий случай, – сказал Максим.
– Потом сфотаемся, – бросил капитан и поднялся на ноги. – Куда ведёт тот лифт?
– К приёмному отделению.
– Вы идёте со мной, покажете, куда он мог пойти.
Капитан скинул скользкие туфли и в одних носках побежал к пассажирскому лифту. Максим бежал следом, а сам вспоминал: в сети было множество видео, большинство (если не все) из Соединённых Штатов. Люди, которые хотели покончить с собой, но не могли или не хотели делать это самостоятельно, прибегали к провокации полицейского или другого вооружённого лица. Для такого феномена даже придумали термин - blue suicide. Учитывая форму наших полицейских, думал Максим, термин надо изменить на «dark blue suicide». Эта громоздкая цепочка мыслей промелькнула в голове Максима, потому что в самый последний миг, прежде чем Денисов скрылся в кабине грузового лифта, он увидел что-то блестящее в его руке. Кажется, это был скальпель.
Он спрашивал, есть ли у меня огнестрельное оружие, думал Максим. Спрашивал, могу ли я выпустить ему кровь.
Доктор посмотрел на кобуру на поясе капитана, который в тот миг судорожно тыкал на кнопку вызова лифта, будто от этого зависела скорость прибытия кабины.
6
Им повезло меньше Денисова: пассажирский лифт ехал с девятого этажа, на лестнице которого находилась импровизированная, одобренная с молчаливого согласия администрации больницы, курилка. Когда двери открылись, они увидели внутри старичка в зелёном клетчатом халате с закатанными рукавами. От него пахло едким сигаретным дымом. Из края широких, но при этом коротковатых штанин, выглядывал привязанный к ноге мочеприёмник. Предплечья и кисти его покрывали выцветшие татуировки. Старичок, заметив капитана, тут же раскрутил рукава халата до исходного размера и даже попытался скрыть в них кисти. Капитан, кажется, не обратил на него внимания. Он трижды ткнул на кнопку «1», затем трижды нажал на кнопку закрытия дверей. Старичок прижался к дальней стене, ошарашенно глядя на носки капитана: чёрные с разбросанными тут и там половинками авокадо.
– Пока мы едем, вы должны понять, куда он мог пойти, – говорил капитан, глядя на сменяющиеся цифры. – Мы и так потеряли кучу времени. Нельзя терять его на…