Лифт замер на третьем этаже.
– Э-э-э… моя остановка, – виновато сказал тихо старичок сзади.
Капитан будто только сейчас его заметил. Он обернулся, выпучив глаза.
– Бегом!
Старик, шаркая тапочками, вылетел из лифта. Похоже, в тот момент его мочеприёмник чуть потяжелел.
Капитан вдавил палец в кнопку закрытия дверей.
– Он не пошёл бы через центральный вход, – рассуждал Максим вслух. – Пост охранника сразу у двери. Скорее всего он вышел, если и вышел, через приёмное отделение – оно ближе всего к грузовому лифту. Дверь там закрыта на магнитный замок, но кнопка находится на стене справа. Может нам повезёт, и он её не заметит.
– Везение не на нашей стороне, – сказал капитан, потирая плечо.
Двери открылись. Капитан выскочил и уступил дорогу Максиму, тот свернул направо и побежал через отделение физиотерапии к приёмному отделению. Миновав кабинеты магнитотерапии и электротерапии, они вышли к грузовому лифту. В дверях стояла инвалидная коляска. Если бы они решили ехать следом на том же лифте, то потеряли бы куда больше времени.
– Хитёр… – бросил на ходу капитан.
– Я должен вам сказать, пока мы его не нашли. Кажется, он взял скальпель. Думаю, не для самообороны.
– Разумеется.
– Он хотел, чтобы я прикончил его. Спрашивал: есть ли у меня огнестрельное оружие, могу ли я выпустить ему кровь. Думаю, он попытается сделать так, чтобы вы его пристрелили.
– Разберёмся. Следы!
Тусклого освещения коридора хватило, чтобы заметить поблескивающие отпечатки босых стоп.
– Вот и хлебные крошки… – сказал капитан и пошёл по ним.
Следы вывели к той самой двери с магнитным замком. Возле двери стояла медсестра, она смотрела через стекло куда-то в сторону парковки. Услышав шаги, она обернулась.
– Ваш беглец? – спросила она, улыбнувшись молодому капитану.
– Где он?
– Между машин побежал, в сторону онкоцентра.
Капитан нажал на кнопку, послышался писк, дверь поддалась, и погоня перешла на улицу.
– Где этот онкоцентр? – спросил капитан на ходу.
– Вон те баррикады, – указал Максим на недостроенное здание.
– Хрен мы его так найдем, – рассуждал вслух капитан, – он мог свернуть отсюда куда угодно. Нужно как-то…
Капитан замер, когда позади возникла вспышка. Это Максим включил фонарик на телефоне. Следы беглеца переливались на асфальте всеми цветами радуги.
– Отличная работа, – сказал капитан, выхватив телефон.
Следы провели их между машин точно к забору из профнастила. Беглец пытался перелезть через него, судя по следам рук и одному широкому следу, кажется, от туловища. У него ничего не вышло и он побежал вдоль забора. Капитан и доктор прошли вдоль забора, до шлагбаума. Тут заканчивался асфальт. Следы больше не сияли в свете фонарика, но тёмные влажные пятна в форме мужских ступней вели к бетонному каркасу впереди.
Капитан протянул доктору телефон.
– Возвращайтесь обратно, доктор. Дальше вы не идёте, – сказал он, доставая табельное.
Максим не успел возразить, как капитан повернулся и, держа перед собой пистолет, направился к постройке.
Максим отошёл к забору и встал позади строительного вагончика, откуда был виден скелет будущего онкоцентра. К тому времени начало светать. Синеватая тьма отступила к краю, а на востоке уже собирался с силами новый день. Максим заметил, тёмную фигуру капитана, что проследовала по лестнице на второй этаж. У короба почти не было внешних стен, а потому Максим видел, как оперуполномоченный двигается между перегородками. Он что-то говорил, но голос его разбивался об эти самые перегородки и не достигал доктора. Затем капитан замер. Он сказал что-то громче, вскинул пистолет и направил точно перед собой. Послышался второй голос. Что они говорили, доктор разобрать не мог, но он понимал, что словами дело не кончится. Капитан медленно пошёл вперед, пока не пропал из виду.
Это лишь вопрос времени, думал Максим, когда…
Выстрел перебил его мысль. Затем ещё и ещё.
Максим пригнулся и побежал к зданию. Поднялся по лестнице, свернул направо, миновал несколько пустых комнат и вышел на ту площадку, где в последний раз видел капитана. Тот стоял у противоположного края, убирая табельное оружие обратно в кобуру. Перед ним лежал Денисов. Тот ещё дышал, но уже хрипло. У него поднималась только левая половина грудной клетки. Правая не шевелилась, помимо мелких черных точек в ней образовались три новых отверстия, из которых лилась пенистая кровь. В метре от него лежал скальпель.
– Вот и разобрались, – невесело сказал капитан, вытерев рукавом проступивший пот. Голос его звучал обречённо.