Зря он не поверил, что Денисов способен на такое, подумал Максим. Всё могло быть иначе.
Умирающий смотрел на доктора почти безумными глазами, в которых застыли ненавистные слёзы. Он силился что-то сказать, но не мог совладать с воздухом в грудной клетке. Только хрипел, выбивая алые пузыри из трёх круглых ран.
Максим снял халат, свернул его в несколько раз и приложил так, чтобы закрыть сразу все три отверстия, благо разброс был небольшой. Наверное, капитан отличник по стрельбе, решил он позже.
– Мы ещё можем ему помочь, – сказал Максим. – Возьмите мой телефон, наберите…
– Отойди… – сказал Денисов и из последних сил толкнул Максима рукой. Этих сил не хватило бы даже чтобы стряхнуть с себя назойливого комара.
– Нет, всё хорошо. Это можно исправить.
– Солнце, – сказал Денисов и повернул голову туда, откуда должен был показаться огненный шар.
– Даст бог, вы ещё не раз увидите, как оно восходит, – сказал Максим и тоже посмотрел в сторону.
В тот самый миг первый луч скользнул между соснами, что густым частоколом окружали Черноярскую областную больницу. Максим прищурил глаза, а в следующую секунду его тело обдало жаром, точно он открыл раскалённую духовку. Капитан рванул его за шиворот, прежде чем перед носом доктора вспыхнул огненный шар.
Денисов горел. Пылал целиком, не издавая при этом почти ни звука. Слышался только тихий хрип дыхания. Он не кричал, не стонал. Казалось, пламя его нисколько не заботило. Максим поднялся и отошёл подальше, Капитан закрыл лицо рукой. Спустя ещё несколько секунд хрип пропал, а пламя начало поедать тело Денисова. Послышался запах горелого мяса.
– Твою мать, – сказал капитан. – Твою, сука, мать. Он загорелся. На ровном месте. Просто взял и загорелся! Как это вообще… Как такое возможно?
– У меня есть только одно объяснение – сказал Максим, глядя как огонь доедает тело. – И вряд ли оно вам поможет.
7
– Доктор! Максим Юрьевич! – позвал капитан.
Они сидели на бетонном блоке неподалёку от онкоцентра, где работали другие полицейские. Из окон областной больницы, выходящих на парковку, выглядывали десятки любопытных лиц. Солнце весело сверкало темечком над игольчатыми верхушками, обещая тёплый день.
– На чём я остановился? – спросил Максим.
– Черный седан с туманом внутри, человек с голубым перстнем, – перечитал свои записи капитан.
– Да. Денисов сел в машину к этому человеку.
– Он как-то его описал? Возраст, внешность, хоть какие-то приметы, кроме кольца и бледных рук?
– Нет, ничего.
– И о чём они говорили, что делали?
Максим напряг память, собирая осколки информации, что роились в голове беспокойно звенящими мухами.
– В общем, – сказал он, пытаясь сосредоточиться, – человек в машине спросил, в чём его слабость. Денисов сказал, что его слабость – это малодушие; его мягкотелость. Что он – тряпка, одним словом.
– Так, – капитан что-то записал. – Дальше?
– Дальше человек спросил, какой его главный страх. Денисов больше всего боялся именно огня. Это он и сообщил. В ответ на это человек сказал, что он может избавить его от слабости, через страх.
– Он объяснил вам, как это?
– Как я понял, суть в том, что человек в машине, каким-то образом связывал слабость человека с его главной фобией. Прежде чем продолжить, напомню, что я всего лишь передаю слова пациента…
– Да, я это отметил в самом начале, – капитан ткнул кончиком ручки в верхний левый уголок листа.
Максим вдохнул, собрался с мыслями, предвкушая нелепицу, которую должен изложить. Что поделать – кроме нелепицы у него ничего не было.
– Человек, который с кольцом, каким-то образом изменил тело Денисова.
– Операция? – спросил капитан.
– Нет. Это случилось очень быстро и незаметно для самого Денисова. Когда он вышел из машины он уже был другим.
– Так никакого воздействия на него не было?
– По крайней мере он этого не ощутил.
– И в чём заключались изменения?
– Эти чёрные точки. Из них начал сочиться какой-то секрет – так называется жидкость, продуцируемая железами, – пояснил Максим.
– Я прекрасно знаю, что такое секрет, - улыбнулся капитан.
– И жидкость эта воспламенялась от контакта со слезами под действием солнечных лучей, – закончил доктор.
Капитан перестал писать.
– Как вы сказали?
– Я могу повторить это хоть трижды, но лучшее доказательство сейчас лежит на втором этаже онкоцентра. То, что от него осталось. Секрет из этих странных желёз, слёзы и солнце, – сказал Максим выставив три пальца перед капитаном, точно излагал рецепт пирога.
– Это же чушь.
Максим пожал плечами.
– Я лишь передаю его слова.