Конечно не проверил. Снова извлёк халат, сунул руку в карман и достал оттуда синюю потрёпанную маску. В другом кармане лежал мягкий шарик коричневого цвета. Максим пытался вспомнить, что это. Он повертел предмет в руке и, заметив легкий радужный блеск, вспомнил. Бросив халат в стирку, он дошёл до телефона и позвонил по номеру, который дал капитан.
– Говорите!
Максим узнал голос. Хоть и усталый, но всё ещё бойкий.
– Роман Алексеевич?
– А-а-а, – протянул капитан. – Доктор! Что-то вспомнили?
– Нет, но я хотел узнать кое-что… – доктор помолчал, обдумывая ещё раз, насколько он вправе это спрашивать.
– Слушаю…
– Я так понимаю, что вскрытия не будет, раз тело Денисова сгорело почти до костей. Но я бы хотел узнать, та жидкость, которая вытекала из чёрных пор, она ведь осталась на полу в больнице и в онкоцентре тоже…
– Так.
– Её ведь будут исследовать? Могу ли я как-то узнать, что это вообще такое?
Капитан помолчал несколько секунд.
– Погодите, – сказал он. Какое-то время Максиму казалось, что телефон опустили в карман. Глухое шарканье доносилось с той стороны трубки, затем капитан вновь заговорил, но уже тише. – Я не должен вам этого говорить, надеюсь, вы понимаете?
– Конечно, – сказал Максим. – Ни капли не обижусь, если вы откажете.
– Но я скажу. В этом деле вообще всё пошло не так, как должно было. До окончательного заключения далеко, как вы понимаете, но уже есть кое-что. Это какое-то топливо. Горючее, которое воспламеняется от нескольких факторов. Свет и соль. Но это не всё. Мне сказали, что недостаточно просто выставить это на свет и добавить соль. Жидкость воспламенится, только если там будет частица самого Денисова: не знаю, что из его останков кинули в пробирку, но она загорелась. Видео уже во всю гуляет в нашем чате. Это какой-то рефлекс, да? Почему они вечно достают свои телефоны? – Капитан вздохнул. – Наш эксперт, кстати, уже видит, как получает докторскую за изучение этого масла из тела Денисова.
– Вот как…
– Именно. Кстати, мы нашли того коллегу. Гориллу-продажника, помните?
– Помню. И что он сказал?
– Ничего. Его тело находится отделении судебно-медицинской экспертизы. Кажется, он покончил с собой.
Максим молчал, обдумывая услышанное.
– Что с ним случилось?
– Тут сразу несколько факторов: вообще он выпрыгнул из окна своей квартиры, а жил он на десятом этаже. И вроде бы всё очевидно… если бы не одно но. У него во рту нашли волосы. Не только во рту – в глотке, в трахее и даже глубже. Не проглоченные клочки волос, а… они там выросли, понимаете?
– Трихофобия…
– Простите?
– Видимо, горилла-продажник боялся, что волосы попадут к нему внутрь. Это был его страх.
– Интересно, – сказал капитан. – Думаю, это можно проверить, если опросить кого следует.
– А номер, что-то известно об этом номере и машине?
– Сейчас мы пытаемся добыть видео с камер возле офиса. Честно, думаю, что нихрена мы там не найдём. Такие системы хранят запись всего три дня. Будем пытаться найти машину по видео с регистраторов машин, которые стояли в тот день на парковке. Может, что и выйдет.
– А номер?
– Вот ту интереснее… номер нигде не зарегистрирован. Мы пытаемся по нему дозвониться, однако ничего не выходит. Я уже раз сто услышал, что набранный мной номер не существует.
Максим нисколько не удивился. Никаких сомнений, говорил волосатый продажник Денисову. У капитана их было полно.
– Что будете делать? – спросил Максим.
– Звонить людям в чёрном в департамент, как вы предложили, или братьям Винчестерам из восьмого отдела, – нервно посмеялся капитан. – А что ещё нам остаётся? У вас ведь тоже бывали случаи, когда вы не знали, что делать?
– Да, – сказал Максим. – А может этот случай, когда лучше ничего не делать…
– Я! – отозвался капитан кому-то по ту сторону трубки. – Хорошо… хорошо… сейчас. Должен идти, – деловито сказал капитан Максиму. – Всего доброго.
Максим нажал на красную иконку и на дисплее появилась картинка космоса, какой-то его отдалённой, возможно, ныне мёртвой части.
В голове возникла мысль – дурацкая, бредовая мысль, что кристаллизовалась до шести простых цифр. Нервный трепет пробежал по телу, неприятный холод застыл в области желудка. Большой палец нажал на иконку с зелёной трубкой. Максим набрал шесть цифр – холод внутри стал обжигать. Он нажал ещё раз на зелёную трубку и подставил телефон к уху. Секунда тянулась долго, мучительно долго… В какой-то момент ему послышалось хриплое дыхание, словно кто-то снял трубку, но ещё не решил, обозначить себя словом или нет.