Хорошо, думал он, может это всё-таки врождённая мутация, но как же этот человек умудрился ускользнуть от взора специалистов. У него был автомобиль, на котором он приехал на злополучную парковку, а значит пациент вполне социален. Черноярск – не самый крупный город, сродни Томску или Кемерово, и здесь бы такой случай не затерялся, учитывая уникальность пациента. Конечно, невозможно знать всех пациентов в городе, но по ординаторским быстро ползут слухи о редких «болячках». Ихтиоз, синдром проклятья Ундины, нейрофиброматоз – имен пациентов Максим не знал, но точно знал врачей, которые работали с этими несчастными людьми. Но про человека, чьё тело сплошь покрыто рубцами от ожогов, которые при этом эластичны и позволяют пациенту, как минимум, водить машину – про такое Максим никогда не слышал. А ещё эти чёрные точки. Мечта трипофоба, подумал он, и сам вздрогнул, припомнив работы неизвестных художников: ладони и лица испещрённые отверстиями на подобие сот.
– Бр-р-р, – вырвалось у Максима.
Он откинулся в кресле, ещё раз пробежал взглядом по экрану, который не в силах был ему помочь и обратился к экрану поменьше. Открыл тот же канал в «Телеграме». Появилась ещё одна новость, посвященная данному пациенту, - видео с другого ракурса. Снятое, по-видимому, с балкона одной из многоэтажек, что стояли цветастыми башнями на другой стороне транспортного кольца. Никакой ссылки на «ЧЕРНОЯРСКУЮ ЖЕСТЬ» Максим не нашел. Значит в основной канал загрузили полное видео. Максим нажал на треугольник в центре картинки.
– Вот они, едут, – говорил раздражённый женский голос, – и так каждый день почти. Каждый, прости господи, вечер. Приезжают на эту сраную парковку, достают эти свои кальяны и обсасывают по кругу. Да и чёрт бы с этими кальянами. Музыка! Вы не представляете, что за мрак они слушают. Это даже не музыка, а звук какого-то станка. БУМ-БУМ-БУМ! БУМ-БУМ-БУМ! – пробухтела женщина, изображая низкие частоты. – Может если хоть в интернете пристыжу, они опомнятся. Или родители увидят своих чад и надают по шапке. Ох!
Громкий вздох женщины совпал с моментом вспышки. В один миг внутри машины разгорелось пламя. Снимали издалека, а потому, что именно вспыхнуло - не разобрать, однако спустя пару секунд из машины вышла фигура, вся объятая пламенем. Фигура отошла от машины, которая к тому моменту сама занялась пламенем. Человек, превратившийся в живой факел, шёл неспеша, точно прогуливался, ожидая кого-то. Казалось, огонь вовсе не доставлял ему дискомфорта. Видимо, огонь добрался до топливного бака, потому что в следующий миг прогремел взрыв и вокруг машины расцвел огненный бутон, что выбил из снимающей женщины новый:
– Ох! – сказала она и тут же добавила: – Мамочки!
Телефон в руках оператора дёрнулся, затем вернулся на прежнее место. Человек всё также стоял недалеко от машины, глядя на горящий транспорт.
– Алка, что там за херня… – послышался мужской голос. Где-то вдалеке раздался детский плач. – Твою мать! Звони в пожарку, чего ждёшь…
На этом видео закончилось. Последний смазанный кадр запечатлел далёкую фигуру неизвестного, что словно фитиль, недвижимо стоял среди огня.
Так, думал Максим, что мы имеем? Человек вышел из горящей машины и отошёл в сторону. Никакой суеты, никаких видимых признаков боли от пламени, что должно было съедать его заживо. Он отошёл от машины так, будто бы с ним это не впервые.
Максим снова нажал на треугольник и отмотал на момент, когда в салоне зародилась вспышка. Затем посмотрел на общую продолжительность видео.
Человек горел двадцать секунд, если считать, что первым загорелся именно он, а не какая-то деталь в машине, думал Максим. Он вышел, весь покрытый огнём, и в таком состоянии его снимали около пятнадцати секунд. Он не упал, не скорчился в спазме горящих мышц, не обмяк, точно кукла. С ним ровным счётом ничего не случилось. На последнем кадре он так и стоял, глядя на свою машину… А с чего я взял, что машина его. Известно лишь, что он на ней приехал, а вот его ли она – не факт. В конце концов, будь это самоподжог – зачем совершать его в машине? А раз решился на это, зачем покидать транспорт? В последний миг передумал, решил, что хочет жить? Но он ведь не пытался потушить пламя. Не хлопал по себе руками, точно от огня можно отряхнуться, не падал и не катался по полу. Он просто стоял и смотрел…