— Мама у себя?
Она часто-часто закивала. Отпустив девушку я открыл дверь и вошёл во внутрь.
Она стояла посреди роскошного зала. На белом пушистом ковре. Высокая гордая белокурая "снежная королева" глядя на меня огромными ярко зелёными глазами наполненными материнской болью, невыносимой печалью и быстро собирающейся влагой. Но, что ещё хуже в её глазах была дикая безумная паника узнаю я её или нет. Боги! Я и врагам не пожелаю испытать то, что сейчас испытывала она! Так. Надо срочно её успокоить!
Арни сняла со среднего пальца левой руки чёрное потяжелевшее кольцо и засунув его в карман джинсов сделала один неуверенный шаг затем второй…третий, а потом не удержавшись с криком "мама!" бросилась к Императрице. И плотину прорвало! Из глаз Императрицы брызнули наконец-то долго, невероятным усилием воли и лет сдерживаемые слёзы и она дико по волчьи завыв ринулась навстречу дочери. Они встретились на половине пути и не сговариваясь обе упали на колени крепко до ломоты в костях обнимая друг друга и целуя куда попало плача и смеясь одновременно. Это продолжалось долго, бесконечно долго практически вечность. А потом выплакав первую радость встречи и немного успокоившись так и остались стоять на коленях тихо сопя друг другу в шею. Потом Арни встала помогла встать маме и снова обняв её за талию прижалась щекой к её груди.
— Никуда тебя не пущу, — как в детстве пробурчала она. Атталета рассмеялась и обняла её за плечики прижав к себе ещё сильнее.
— И я тебя, — сказала она дочери целуя её в макушку.
"Вот и молодчинки", — по матери с дочерью прошла волна теплоты, — "бабушка будет довольна".
— Элька. Когда к нам в гости придёшь? — спросила Императрица в пустоту.
— Не знаю, — ответила пустота, — дипломная работа. Не мешай. Лучше за Зайкой следи.
— Без тебя знаю. Советчица хренова.
Арни молча прижималась к матери и улыбалась слушая перепалку сестёр.
— Ариша, — Атталета вновь поцеловала дочку в макушку.
— Да мам, — отозвалась та тепло дохнув Императрице где-то в район декольте.
— Ариша сегодня приготовят твои покои и ты наконец-то сможешь вернуться домой. Во Дворец. Хватит уже бродяжничать я так соскучилась по тебе.
— А как же мой контракт с "РВ-групп"? Мои проекты? Моя группа? Маэстро и его оркестр?. Ма я опутана сетью обязательств. Другое дело если бы я училась в колледже при Дворце, но мама! — возмутилась Арни, — я в жизни не буду слушать этого тупого и заносчивого индюка. Этого не знаю-как-его-зовут директора!
— Ариша, но ты ведь слышала как я просила твоего учителя занять на время место директора колледжа.
— Что? Точно? Ух ты. Это есть хорошо! И он соглас?
— Соглас-соглас, — повторила мать на сленге дочери усмехаясь, — ты ведь рядом стояла и всё слышала.
— Я вообще-то за ним стояла. И пряталась.
— О кого? От меня? — очень удивилась мама.
— Ага. Я ведь не знала, что ты ну-у того…знаешь кто я, — не моргнув глазом соврала дочь. — Честно говоря я даже не прислушивалась о чём вы беседуете я всё время пыталась на тебя посмотреть. Всё гадала как ты меня воспримешь, что скажешь?
— Да я заметила как ты выглядывала из-за спины магистра и мне было немножко смешно. И как я тебе показалась?
— Мам. Ты была ого-го! Строгая, но справедливая, — рассмеялась дочь и подняв голову посмотрела маме в глаза. Императрица воспользовавшись моментом мгновенно чмокнула дочку в нос.
— Ну ма-ам как в детстве заныла девчонка отодвигаясь от женщины.
— О вот теперь я узнаю свою проказницу, — улыбнулась Атталета. — Кстати Ариша, чтоб ты не думала. Я узнала тебя сразу в записи концерта Космофлота, как только Лисса позвонила мне и сказала, что видела тебя на сцене. И папа с Альти тоже. Кроме того, когда я показала запись Амнору он сказал, что бы я не волновалась и свою племянницу он узнает даже в скафандре. Да-да не удивляйся это буквально его слова. Так, что Зайка вся семья тебя узнала как ты не скрывалась.
— Мам, а кто вообще знает обо мне? Вот вообще-вообще?
— Э-э-мм дай подумать. Ага. Вот считай семья, весь Дворец ещё все правители кроме Ламберта и твои Верна со Степпом. Ну и конечно твой любимый Никкос. Вот я думаю и всё.
— Ламберт Ламберт, — задумалась Арни, — это нынешний Король Лесных, что ли? Я его не помню.
— А ты и не можешь его помнить, — покачала головой правительница, — он только двести лет как Король.
— Не знаю мам. Я только Никкоса помню, тётю УрБу и Либрерию Львицу, а больше никого.
— Что не мудрено. Ты больше никем не интересовалась. Тебе по жизни одного Никкоса хватало.