Казалось, Нэйку хотелось большей определенности.
- Понимаю, что возможно мой вопрос прозвучит глупо, - произнес он, - но вы хотя бы выяснили, существует ли она на самом деле?
Келем улыбнулся.
- Думаю, вполне. Потому как для призрака ее видело достаточное количество людей. Ну, или кого-то на нее очень похожего. Пока что имеющиеся следы ведут меня в Черный Двор.
От этих слов глаза Нэйка вспыхнули надеждой.
- Вы ее найдете? - с какой-то неожиданной порывистостью спросил он.
- Найду. Ее. Или кого-то на нее похожего.
Доктор кивнул.
- Постарайтесь. Для меня это очень важно.
- Я сделаю все, что в моих силах, - пообещал Келем.
- Большего я от вас требовать не в праве, - согласился Нэйк.
На этом разговор был окончен.
Когда Келем вышел на улицу, опять пошел дождь.
Достав фотографию, которую доктор дал ему еще в прошлый раз, он посмотрел на изображенную на ней девушку. Пришло время заняться вторым поручением доктора.
Глава пятнадцатая
Меррик
Палаточный городок бродячего цирка разместился почти в самом сердце Черного Двора, на небольшой площади, которую в просторечии обычно именовали площадью Трех Церквей. В центре его возвышался купол главного шатра. Вышиной в четыре человеческих роста, сшитый из разноцветных клиньев плотной непромокаемой материи, он крепко держался за землю цепкими паучьими лапками канатов-распорок. Вокруг него помещались прочие постройки: полевая кухня, подсобные сооружения, пустующие прилавки, а так же палатки, вмещавшие в себя всевозможные аттракционы, которые в большинстве своем сейчас не работали.
Двигаясь мимо всего этого, Меррик вспомнил, как еще мальчишкой любил прибегать посмотреть выступления заезжих циркачей. И причиной тому было не только то, что в веселой неразберихе и сутолоке было проще стянуть кошелек у какого-нибудь ротозея, но и в общей атмосфере праздника. Какое-то неописуемое волшебство таилось в плескании цветных флагов на ветру и мигании бумажных фонарей. Тогда казалось, что оно, как некий чуть уловимый аромат, разлито в воздухе. Однако сейчас, в сумерках и под унылым, холодным дождем, никакого волшебства не ощущалось.
Ветер мял и трепал ткань палаток, заставляя напрягаться удерживающие их распорки, срывал разноцветные гирлянды и кидал в лицо пригоршни ледяной воды. Вокруг было пустынно и темно, и лишь над главным шатром, как нимб, висело пятно желтого света.
Ориентируясь на этот свет, как на маяк, Меррик двигался в его сторону.
Темнота внутри шатра была не сравнима с темнотой снаружи. Она была особого рода и предназначалась для того, чтобы отграничивать чудеса и тайны цирковой арены от обыденного мира зрителей.
Однако пришедших посмотреть вечернее представление в этот день было немного.
Когда Меррик вступил в таинственный сумрак шатра, на арене как раз закончился очередной номер, и под жидкие, точно дешевое пиво, аплодисменты зрителей выступавшего до этого силача в круге света сменили акробаты.
Меррик остановился в проходе между ступенчатыми рядами деревянных сидений. Однако в полной мере насладиться представлением ему не дали; не прошло и десяти минут, как на плечо ему опустилась рука.
Оглянувшись, однорукий вор увидел стоящего позади себя сыщика.
— Как успехи? — негромко поинтересовался тот, смотря мимо Меррика на арену, на которой в этот самый миг двое цирковых гимнастов застыли в сложной поддержке. — Узнали что-нибудь?
Повернувшись, Меррик покачал головой.
— Нет. А что у вас?
— Идемте, — вместо ответа произнес сыщик.
И первым, отогнув край разноцветного полога, вышел наружу.
Однорукий вор последовал за ним.
Для себя Меррик так до сих пор и не решил, насколько же стоит доверять этому странному человеку, назвавшемуся господином Регинальдом. Во всей его внешности, манере держаться и говорить было что-то опасное и холодное, как в блеске ножа, приставленного к горлу. Впрочем, пока что их цели совпадали. А значит, до определенного момента, подобное сотрудничество являлось не самым худшим вариантом.
После неудавшейся попытки слежки Меррику не оставалось ничего другого, как хотя бы частично открыть карты. Припертый к стенке, он в самых общих чертах поведал сыщику историю своего знакомства и расставания с Октябрь. Но при этом благоразумно обошел стороной некоторые моменты, которые тому знать было совершенно необязательно. Например, он умолчал обо всем, что было так или иначе связано с их визитом в канализацию к чокнутому недомерку, его поручении и дальнейших событиях, имевших место в доме на Звездном Бульваре. Как, впрочем, и еще о некоторых отдельных деталях, однако в остальном старался придерживаться истинного хода событий.