— Вы к чему-то ведёте, Сулла Корнеллий?
— Мне бы хотелось, чтобы ваш следователь нашёл «другого» виновника преступления.
— Он не «мой», а даже если бы и был таким, то так понимаю этими письмами вы будете пытаться продолжать шантажировать. Весьма неразумно.
— Недоверие вполне обоснованно. Но могу предложить вариант, который снимет с вашей семьи всякую угрозу.
— И какой же?
— Я женюсь на Юлилле.
— Чего?
— Я женюсь на Юлилле.
— Это я слышал. В смысле какого Аида? Вы с ней не пара!
— Возможно, квестор вам не успел сообщить последние новости. Мачеха по завещанию оставила мне всё своё имущество.
— Что?
— Вот-вот…Я был также удивлён. Но понимаю, что родственники Секунды по мужской линии попытаются опротестовать её последнюю волю, а потому…Потому вы поможете мне получить моё законное наследство.
— С чего бы я вам стал помогать?
— А с того, что если я вступлю в наследование, то стану равным вам по положению. Я из древнего знатного патрицианского рода, и у меня будет капитал.
— Он всё равно не будет дотягивать до нашего.
— Но ваша дочь тоже не совсем «дотягивает». К тому же если я стану её мужем, то все эти компрометирующие письма потеряют всякую ценность.
— Вы жёстко «играете», молодой человек…
— Мы с вами оба патриции, господин Гай Юлий Цезарь. Неужели вы хотите себе в зятя какого-то рохлю? Вам нужен преданный союзник и умный друг.
— Мне надо подумать и навести справки…
— У вас есть один день, сенатор. Квестор должен вызвать меня на допрос уже через два дня, и есть подозрение, что он попытается меня арестовать. А после этого запустится вся эта никому не нужная схема с распространением писем и слухов.
— Хорошо, Сулла Корнеллий. Давайте встретимся завтра, в это же время…
Секретарь… Никогда не думал, что могу им быть. Сразу после беседы я пошёл устраиваться на работу к Гаю Марию, — сильно, очень сильно. В прошлой жизни при схожих бы обстоятельствах я бы дрыгался от сильнейшей панической атаки, а теперь даже странно. Где моя адская тревожность? Кажется, у меня не только появились навыки воина, но и укрепилась психика. Многие события я стал переносить как хладнокровный боец, — словно изменения затрагивают не только внешние характеристики, но ещё и внутренние. И это мне нравится! Словно бесплатная и крайне эффективная психотерапия! Вот спасибо! Один минус, — заставляют пройти на практике через настоящие испытания. Начинаю думать, что всё это чей-то очень жестокий эксперимент…
Гай Марий принял меня хорошо и сразу предложил разобраться с толпой клиентов, стоявших у его крыльца. В помощь мне был придан номенклатор из рабов, в чьи обязанности входило подсказывать имена господ и слуг. Признаться, экзамен был мной оценён по достоинству. Не справлюсь с ходу, — значит работы не видать. За двадцать пять минут больше трёхсот человек были поделены по категориям важности, а часть проходимцев просто выдворена. Опыт работы налоговиком сыграл здесь важную роль. Когда в инспекцию заваливается народ, а принимаешь их всех неожиданно ты один, то таким вещам учишься быстро. Поначалу столпившиеся гости не поняли, что происходит, — какой-то парень начал нагло раздавать команды:
— Так, выстроились все в ряд!
— Молодой человек, а вы кто? Нам нужно к Гаю Марию!
— Я его личный секретарь. Без моего разрешения к нему никто не попадёт!
Дальше пошло совсем немыслимое, с точки зрения, простых римлян. Вместо долгих предварительных бесед наглый секретарь стал задавать чересчур прямые вопросы:
— Вы кто? По какому делу?
— Тиберий. Хотел выразить почтение господину.
— Принято и записано. Подойдёте завтра…
— Но я…
— Следующий.
Ошарашенная очередь стала быстро редеть.
— Представьтесь. Какое у вас дело?
— Хотел предложить купить участок земли у господина.
— Вот бумага. Прошу изложить письменно, оставить у номенклатора и подойти завтра за ответом.
— А как же…
— Следующий…
Толпа в приёмной исчезла… Сажусь за разбор пришедших писем. Так, что тут: 5 — приглашений в гости, 80 — просьбы денег, 3 — деловые предложения, 120 — разглагольствования.
Спустя 2 часа захожу в таблинум Гая Мария.
— Работа выполнена, господин Гай Марий.
— Что? Как?
Не веря своим ушам, Гай Марий выскочил во двор и никого не обнаружил. Следую за ним.
— Где все?
— Я их отпустил.
— Как отпустил? Зачем?
— Пока в них нет нужды. Через час вернутся 10 клиентов для вашего сопровождения по городу.
— А остальные?
— Они — балласт.
— Как это?