Некоторое количество писем пришло и из Долины, в частности от Ройсов, но, как бы мне не хотелось насолить Джону, все предложения я отверг. Лордам Долины нечего мне предложить. От слова «совсем». Даже богатеньким Арренам из Чаячного города, ибо ребята они без вотчины и живут на птичьих правах в чужом городе. Мезальянс. Но нервишки Джону я принципиально попортил, заигрывая с его вассалами.
Переговоры, торги и интриги. Привычная к такому Вестеросская знать остывала, ажиотаж постепенно спал, а моя «себестоимость» на политическом рынке, в отличие от Тиреллов, восстановилась. Всё двигалось в рамках ожидаемой рутины, пока диким огнем не дыхнул Дорн.
Стоит оговориться, что в Дорне просто колоссальное количество девушек на выданье. Сегодня Дорн — самый настоящий рынок невест в Семи королевствах, и почти в каждом благородном доме есть как минимум одна молодая девчушка. В каждом. А я, видимо, от большого ума и развитого стратегического мышления взял да и написал Мартеллам и их вассалам со своим «а не хотите ли породниться». Мне уже потом объяснили, когда послание уже было в Солнечном копье, что писать Мартеллам после Тиреллов, в целом, могло быть плохой идеей. И можете себе представить? Оно так и вышло.
Взаимоотношения Простора и Дорна (Штормовые земли опустим) всегда были непростые. Убивали они друг друга регулярно, систематически и в промышленных масштабах. Там не то что «вражда», а самая настоящая историческая ненависть друг к другу. И тут я, такой красавец, будучи отвергнутым одним из двух домов, повязанных друг с другом взаимной кровной местью и красочной историей причинения добра и нанесения справедливости, делаю такое же предложение второму. Предложение, которое они могли бы воспринять так, как будто я делаю им подачку, одолжение. В духе самонадеянного юнца расцениваю их как «запасной аэродром, который точно даст». Использую их только ради того, чтобы позлить Тиреллов, таким образом, выставляя их на посмешище перед всем Вестеросом. Не стоит забывать и то, что Баратеоны «немножко» виноваты в смерти Элии. Они могли бы всё воспринять так. Могли и восприняли.
От Толандов, Джордейнов и Сантагаров я получил вполне заинтересованные ответы. Ожидаемо и… занятно. Так уж сложилось, что в этих домах сплошь наследницы, и можно бы выйти на весьма красивый политический альянс. Но Мартеллы? Боги, эти расстарались, так расстарались. При прочтении присланного ими манускрипта, перед глазами сама собой встаёт известная картина: «Запорожские казаки пишут письмо турецкому султану». Так и вижу, как в Водных садах у красивого фонтана да в тени финиковых пальм собралась всё семейство и, расположившись за низкими плетёнными столикам, уставленными шербетом и фруктами, диктуют, диктуют и диктуют…
«Ты, султан, чёрт турецкий, и проклятого черта брат и товарищ…»
… и далее по тексту. Если отбросить красивые и витиеватые словосочетания и поинтересоваться сутью, то Мартеллы отказались даже обсуждать вероятность брака Арианны со мной… но зато готовы рассмотреть помолвку с любой из Песчаных Змеек, внебрачных дочерей Оберина Мартелла. А! Ещё и только той, которой я понравлюсь.
Читая это, я был, откровенно говоря, в восторге. И не только я. Копии сего литературного творения быстро распространились сначала в Красном замке, затем в столице, а спустя месяц и по всей стране. Приятно быть причиной появления литературного артефакта. Ведь через многие века это будет напечатано в учебниках истории, а какой-нибудь талантливый художник произведёт на свет прекрасную картину. Надо будет обязательно сделать копию и отправить в Цитадель на хранение, чтобы потомки помнили и знали, какие были предки. Стоит ли говорить, что я немедленно принялся строчить ответ, который тоже, наверняка, нашёл благодарного читателя. Мартеллы наверняка ждали ответ гневный, оскорбленный или оскорбительный, проклинающий. Может быть, стыдливо-растерянный игнор (как бы ответил оригинальный Ренли). Но они точно никак ждали ответного предложения, которое, я, разумеется, заранее накопировал и подготовил к распространению…