Чьи это головы он, разумеется, не знал, но мы помогли ему нафантазировать, что это головы чуть ли не арестованных мною статусных сидельцев. И хорошо — всё-таки не стоит ему знать, что на самом деле эти головы некогда принадлежали самым конченым мразям Блошиного конца. Изначально, конечно, хотел подбросить голову коня, но побоялся, что местные могут не понять (не говоря уже о том, что голова даже видавшего виды коня куда ценнее в наше прекрасное время, чем семь голов разношёрстной швали). Были и другие опасения… вдруг это ещё и возбудит верховного септона? В общем, решил не рисковать и действовать наверняка. И это сработало!
Так как формально я нигде не спалился и не подставился, а про головы все узнали очень не сразу, Серсея и Джон могли только зло и неудовлетворённо поглядывать. Однако, увлёкшись игрой в мафию, я совсем упустил из поля зрения эмоциональное состояние своей лихой пиратки.
Чего я не смог взять в расчёт, так это наше эмоциональное сближение. Как и прежде, Аше было сугубо плевать на всю ту шумиху, что цветёт и пахнет вокруг её персоны. Однако, в её восприятии, то, с чем легко справится истинная железнорождённая леди, отнюдь не под силу изнеженному зелёному мужчине. Видимо, даже сейчас это не только источник наших с ней междоусобных шуток, но и часть того, как и кем она меня видит. Вот как на это прикажете реагировать?
Там, где реальная причина конфликта лежала в попытке поставить меня в стойло и подмять под себя, Аша сочла причиной наши отношения. Пока я непринуждённо жил, развлекался и практиковался в опричнине, косплея Малюту Скуратова на лайте, девушка постепенно, но неуклонно сильнее и сильнее накручивала себя, взрастив в итоге чувство вины и тревожность. Моё легкое поведение она воспринимала как маску, ведь где-то внутри, по её мнению, я глубоко страдаю и переживаю, противостоя всему свету ради неё. Кажется, какой бы пираткой девушка ни была, а принца на белом коне да с жертвенной любовью всё-таки захотелось. Естественно, попытки как-то сгладить ситуацию и объяснить ей ход событий пропали втуне. Девочка втемяшила себе в голову то, что втемяшила. Точка. Но, слава Богам, ни попыток отдалиться, ни попыток сбежать она не предпринимала. Не в менталитете железнорождённых отдавать то, что они уже считают своим.
За это время мы и вправду сблизились. Физически, само собой, но главное — эмоционально. Она не была лёгким человеком, совсем нет. Тяжёлый, склочный и склонный подозревать других характер. Собственница, открывшая в себе нечто новое, неизведанное и пока не приструнённое — ревность. Настоящую ревность, ведь игры это одно, а «всё серьёзно» уже совсем другое. Ох, Аша оказалась ещё той ревнивицей. Причём, к моему глубочайшему раздражению, ревновала она меня не только к дамам, но и к мужчинам. Это уже привело к нескольким выматывающим мелким скандальчикам. Наслушалась, блин, сплетен. И при этом совсем не стесняется уже лапать старшую дочь леди Сирены! Ещё и довела до того, что та уже и не особо против!
Повторюсь, ибо одним разом масштаб занозы не передать — у Аши тяжёлый характер. Совсем не готовый к семейной жизни. Неуживчивая и злословная. И это идущее комплектом с её пылкой натурой и уверенным хватом топора. Ещё неизвестно, удалось ли бы мне обуздать её темную сторону, которая есть у всех людей, если бы не мой опыт из прошлой жизни вкупе с молодой энергией новой. Но постепенно, где разговорами, где ласкою, а где и показательным выступлением, мне удалось как-то причесать внутреннего дикобраза девушки. Она продолжала пыхтеть, бросать страшные и грозные взгляды, забавно (по моему нескромному мнению) хмуриться, но всё в рамках приличий и в попытке привлечь именно моё внимание, а не чьё-либо ещё. Это уже радует.
— Разумеется, милая, — провёл пальцем по её аккуратному носику… и почему все говорят, что он большой? — От вас, женщин, всегда сплошные проблемы.
Я едва успел закончить фразу, как тут же схлопотал по рёбрам. Само собой, без ответа такое оставлять нельзя и, восстановив дыхание, я ринулся в атаку, загребая Ашу в охапку и начиная её щекотать. Девушка от неожиданности взвизгнула, предприняв тщетную попытку вырваться из крепких баратеоновских объятий. Набарахтавшись так в постели и тяжело дыша, мы отлипли друг от друга, расплываясь в счастливых улыбках и перемирии.