Стоило двум «генералам» после моего отбытия в столицу остаться один на один с почти тысячью уже набранных вооружённых мужиков, как они стали очень активно думать над своими следующими шагами. В том числе и над вопросом — «а что должно в итоге получиться»? Они подошли к заданию не как к выполнению отдельных условий не по годам мудрого начальника, а в целом, в комплексе. Какой должен быть завершённый вид их трудов? На что им ориентироваться? К счастью, ярких примеров в окружающем мире было предостаточно. В том числе и те, которые они могли вынести из собственного прошлого. И первыми на ум им пришли, разумеется, Золотые Мечи. Или «Золотая Рота», это уже как кому угодно. Если убрать за скобки некоторые нюансы и детали, то на то и выходит, что моя гениальная идея заключалась в создании собственных Золотых Мечей. Ведь что они собой представляют? Та же «ордонансовая» рота, только в профиль и в куда большем масштабе.
Золотые Мечи славятся крайне хорошей организацией. У них есть чёткая структура с разделением на отдельные виды войск (пехота, кавалерия, стрелки, разведчики, инженеры, интенданты), отдельными подразделениями и командирами. Есть строгая иерархия и что-то наподобие неписанного устава, за нарушение которого сразу следует немедленное и неотвратимое дисциплинарное взыскание.
Чем это отличается от моих прожектов? Да ничем! Ну… ладно есть один весомый момент. Золотые Мечи нанимаются исключительно цельным подразделением. Нельзя нанять только их кавалерию, слонов или стрелков. Хочешь нанять Золотых Мечей? Нанимай всех и плати всем, ведь их сила лежит в их целостности. Я же, руководствуясь вбитой мне в подкорку структурой советской и российской армией, стремился к созданию если и не батальонных тактических групп, то полковых тактических групп. Всё-таки последние мне были прекрасно известны. И уже из этих полковых групп можно будет формировать, как из кирпичиков, более крупные армии под определённые задачи и цели, в случае необходимости быстро адаптируя их под те или иные условия. И в этой точке мы сразу упёрлись в несколько важных моментов.
Во-первых, совершенно неважно, формируешь ли ты новую версию Золотых Мечей, Безупречных или что-то новое — тебе потребуется разбираться с дисциплиной и субординацией. В феодальных войсках Семи королевств оба этих понятия могут быть, могут присутствовать только в зачатке либо вообще отсутствовать напрочь, ибо уж очень сильно дисциплина в феодальных отрядах завязана на личности конкретного лорда и его харизме. Вот и скачет качество войск от прекрасно вымуштрованных латников Ланнистеров до постоянно разбегающихся по окрестностям дружин Речных земель. Это естественно для данной формы организации войска и в такое время. Ничего с этим не поделаешь. В связи с этим было решено применить прогрессивный опыт восточных соседей… с крупинкой собственных новаций.
Лонмаут с Венсингтоном взялись за дисциплину и порядок железной рукой, но хватку её они укрепляли постепенно. Меры принимались поэтапно и выборочно. Вначале, на первых стадиях, самые буйные и борзые элементы с позором выгонялись взашей из отрядов. Таким образом прошла первая необходимая выборка. Чуть позже, стоило первым волнам поутихнуть, активизировались «спящие» смутьяны и вечно всем недовольные, принявшись сразу же мутить воду и подвергать сомнению вышестоящее руководство. К ним также нашёлся подход, разнившийся от лёгких телесных наказаний, в виде ударов палкой и бичом, до гаупвахты и условных дежурств на кухне. Все эти наказания могут показаться какими-то лёгкими и несерьёзными. Что ж, это так… пока не совершено тяжкое преступление или войско не находится в походе или манёврах.
Вот здесь уже гаснут избирательность и индивидуальный подход, и начинается работа по всей строгости прусской военной машины. Дезертиров, воров, насильников (о, вокруг ведь полно деревенек, полных всевозможных соблазнов) вешают за шею на любом подходящем сооружении. Нарушение приказа вышестоящего, определённое как самое тяжкое преступление в Чёрных ротах, и трусость в бою наказываются прогоном сквозь строй собственных однополчан, вооружённых прутами. Каждый должен нанести удар, если не хочет, конечно, оказаться на месте приговорённого. Только так, жестоко и кроваво, без лишних сантиментов и без скидок на чины и сословия. Помнится, после первых приговоров и казней ещё были попытки поднять бучу и заявить о своих исключительных правах, но после нескольких прогулок через строй дошло даже до самых тупых. Стоит сказать, что со временем частота применения тяжёлых наказаний почти сошла на нет. По причине спада совершения самих преступлений, разумеется, а не из-за внезапно проснувшихся в местных гуманизме и сознательности. В первые месяцы и дня не проходило без выпоротых, а неделя без висельника. Сейчас вот уже три месяца тишь да гладь. Экстремально и с использованием действительно передового опыта, дисциплина и субординация были наведены и утверждены в полном планируемом объёме. Это стало фишкой, частью идентичности, в которую втягивались и вовлекались бойцы.