Однако, и это ещё не всё. Погружаясь в подобную специфику столицы всё глубже и глубже, я пришёл к выводу, что корень проблем Королевской Гавани лежит ещё глубже (да, очень глубоко), и он кроется не в географическом расположении или в ужасном бесхозяйственном отношении, что, разумеется, также имеет место быть, а в событиях, прошедших задолго до возникновения самого города.
Мне, как человеку из относительного будущего, очевидна стагнация. Не только Вестероса, но и мира в целом. Однако если на востоке для этого есть очевидные и объективные причины подобного положения дел, то с Вестеросом, на первый взгляд, абсолютно ничего не ясно. Разумеется, эти проблемы для местных просто не очевидны.
В чём выражается стагнация в целом и стагнация технологическая в частности? Не развиваются или очень медленно развиваются общественные институты и социальный прогресс. В первую очередь речь идёт о феодализме, который был привнесён и господствует в Вестеросе благодаря андалам, как минимум две тысячи лет (а по некоторым историческим хроникам и все пять тысяч) без проблеска зарождения буржуазии и, следовательно, капитализма. Европе для этого потребовалось меньше тысячи лет — уже в конце четырнадцатого и начале пятнадцатого веков в ней начала давать о себе знать стремительно зарождающаяся новая общественная социально-экономическая формация. В Вестеросе же, как было сто лет, тысячу или две тысячи лет назад… в общем, воз и поныне там.
Но какова причина? На ум сразу приходят кормящий ландшафт и климат, но нет. Вестерос неимоверно богат в том, что касается подарков от природы. В первую очередь плодородными равнинами и крупными речными системами. Отсюда простой вывод, что голод в Вестеросе — явление необычайно редкое и сопряжённое с экстраординарными событиями, такими, например, как война, которая для Семи Королевств сравнительная редкость. Крупный конфликт раз в несколько поколений — фигня и «пшик», по сравнению с постоянной угрозой вторжения дотракийцев, которые и стали причиной упадка восточных цивилизаций. То же самое касается и климата. Да, зима в Вестеросе длится от трёх до семи лет, в исключительных случаях бывает и больше, но эта «зима» относительна. В то время как на Севере снега может намести до зубцов крепостных стен, в Просторе его могут так и не увидеть. Наоборот, такой климат должен быть колоссальным стимулом для развития цивилизации. Стоит только осознать, что такое пятнадцать лет без зимы. Пятнадцать лет тепло. У тебя всё растет и цветёт, скот и крестьяне размножаются, торговля бьёт рекорды, а у тебя за это время скапливается громадное количество добавочного продукта, который ты можешь вложить во что угодно.
Построить громадную Цитадель и отдать её учёным… да что уж мелочиться? Выколотить в скале! Кастерли Рок. Построить на скале! Орлиное Гнездо! Построить громадный Красный замок, громаднейшую септу Бейлора, которая, на минуточку так, больше Кёльнского собора, и ещё домик для драконов размером с Лужники. Ах да, ещё Харренхолл, Штормовой Предел, Винтерфелл и прочие по-своему уникальные места, объединённые громадными расходами на своё строительство, которые обычная феодальная средневековая экономика позволить себе не смогла бы даже во сне. Нужно лишь одно условие — колоссальный избыток, в первую очередь, стратегического важного продукта, избыток зерна. Зерно — главный источник дохода любого феодала Семи Королевств. И подобное положение вещей возможно только благодаря такому климату и смене сезонов.
Яркий контраст — Эссос, который застрял в рабовладельческом строе и зациклился сам в себе. Вольные города, может очень и хотят стать полноценными государствами, проводя широкую экспансию, но не в состоянии это сделать по экономическим причинам. Яркий пример — Волантис. Город-государство, у которого в подчинении ещё три города: Волон Терис, Валисар и Селорис, население каждого из которых равно населению Королевской Гавани, и которые расположены на крупнейшей полноводной реке региона, Ройне, и, как это ни странно, вынуждены покупать зерно у Семи Королевств. На первый взгляд? Парадокс! Но вновь, если присмотреться, то можно увидеть нюанс. Экономика Волантиса построена на труде рабов, которые пашут и сеют, и чтобы прокормить как минимум два миллиона городского населения нужно… приблизительно, миллионов десять пахарей. Вопрос: «где взять сегодня столько рабов»? Ответ: нигде!
На заре своей независимости Волантис прекрасно себя чувствовал и мог, особо даже не напрягаясь, вести войны со всеми соседями, поскольку на его рабские рынки дотракийцы свозили товар со всего континента. Рабов было много и они были дешёвыми, что позволяло загонять их десятками тысяч на поля, в шахты и мануфактуры. Но проходило время, рабов становилось всё меньше и меньше, поскольку дотракийцы попросту исчерпали все свои «источники» этого стратегического товара. Сарнорское государство уничтожено под корень, его города лежат в руинах, а люди, как оказалось, сами собой из ниоткуда не берутся, не рождаются из дыр в земле как какие-то гномы. Ифекевронское царство уничтожено, большинство гискарских и лхазарских городов в бассейне реки Скахазадхан разграблены и разрушены. Тут-то полноводный поток рабов очень быстро стал иссякать, превратившись в слабенький ручеек. Рабы стали дорожать и экономика встала. А ведь не просто так ради добычи золота для найма кораблей и подкупа других кхалов кхал Дрого отправился за рабами к лхазарам к чёрту на рога… банально, но в товарном количестве и поблизости их уже просто негде взять. Вот и возникла ситуация, когда кроме двух каннибалов, людей в комнате не осталось, а кушать хочется.