«Морская песнь» представляла собой двухпалубную галею вёсел на сорок да с надстройкой в районе кормы, где расположилась каюта самого Харлоу. Завершала образ, явно визуально отделяя галею от сестриц аналогичной постройки, расположившаяся на носу корабля фигура девушки с венком из водорослей. Поскольку «Морская песнь», как и прочие корабли настоящего века, не была оборудована смотровыми окнами и иллюминаторами, единственным источником освещения были несколько закрытых фонарей, использующих тюлений жир в качестве топлива, которые наполняли каюту не только светом, но и соответствующей палитрой ароматов. В помещении нас уже дожидались коллеги Харлоу по опасному бизнесу — самые могущественные феодалы Железных островов и, по совместительству, самые адекватные люди из тех мест. Люди, которым знакома суровость родного края, и которые не склонны её романтизировать сверх того, что стало уже частью культуры.
За прямоугольным столом расположилось и неспешно вело беседу трио, которое стихло и без лишней спешки поднялось со своих мест при нашем появлении. Самым значительным в нём был, разумеется, Горольд Гудбразер. Гудбразеры — могущественный дом Железных остров, который если и уступает Харлоу, то совсем незначительно. И, как и всё те же Харлоу, обладают большим число младших ветвей и вассалов, благодаря которым контролируют весь Большой Вик, — самый крупный и богатый остров, — и частично территории на Ормонте и Старом Вике. И это не просто «пустая площадь» — на землях Гудбразеров расположились богатые — самые богатые в регионе, — залежи свинца, олова и железа. Всё еще, несмотря даже на многовековую вырубку, достаточно леса на склонах гор и холмов, а вокруг острова обилие морского зверя и китов, чьи «внутренности» так ценятся по всему миру. Вместе с тем… Гудбразеры ещё и самый нелюбимый Дом жрецов Утонувшего, поскольку это многочисленное и «ветвистое» семейство живёт и процветает не на морском разбое, а на ремёслах и торговле.
Рядом с Гудбразером улыбался, поправляя свои усы, Савейн Ботли — владыка крупнейшего поселения на островах и близлежащих земель. Лордпорт не является рекордсменом по числу жителей, уступая в этом показателе большинству городов королевства, однако вотчина Ботли может похвастаться достаточно развитым производством. Чего только стоят большие верфи, на которых, собственно, и был построен Железный флот? Или целая треть города, которую занимают кузнецы, мастера и прочие ремесленники, изготавливающие весь перечень железных инструментов, утвари, оружия и доспехов? О, ужас! Есть даже своя купеческая гильдия под прямым патронажем лорда Савейна, который просто с издевательской лёгкостью почти полностью монополизировал всю внешнюю торговлю островов с внешним миром. А секрет успеха прост — большинство железнорождённых презирает торговлю (речь про «товарную за деньги»), считая это дело как минимум недостойным, а как максимум ещё и богохульным. Ботли же, завидев, что свято место пустует, твёрдо и уверенно его заняли, став официальными посредниками между своими мракобесами и чужестранцами, заимев-таки замечательный гешефт. Все счастливы и довольны. Ну… те, по крайней мере, кого не «забыли» спросить. И, само собой, Ботли являются очень близкими деловыми партнёрами Гудбразеров, что абсолютно неудивительно.
Третьим человеком в каюте оказался лорд Бейлор Блэктайд. Владыка острова — Чёрная Волна. Блэктайды хоть и славны великим прошлым, но на сегодняшний день не отличаются ни большой силой, ни авторитетом. Дом понёс близкие к катастрофичным потери во время восстания Бейлона Грейджоя. Потери не только в людях и кораблях, но и членах семьи. Помня об этом, многие Блэктайды — в том числе и глава Дома, — имеют стойкую неприязнь непосредственно к лорду Грейджою. Добавляет «специфику» в положение дома и тот факт, что его владыка был вырван из своей земли и культуры на очень длительный срок и… хорошо воспринял чужую. Лорд Блэктайд, приняв веру в Семерых в Староместе, активно отстаивает и продвигает её в своих владениях. Только вот выражается это не в гонениях, назначениях на новые места показательно новых и «правильно верующих» людей и пламенных речах, а в упорядочивание и развитии хозяйства в собственных владениях. Покровительство торговле и ремёслам, а также отказ от морского разбоя как экономического базиса. К большому удивлению многих местных жрецов и сочувствующих, «реформы» на Чёрной Волне проходят достаточно спокойно, а местное население отчего-то не восстаёт.