— Ахахах! Вы ещё просто плохо меня знаете, капитан!
Пока мы знакомились, на палубу забрались и остальные мои спутники, с большим интересом принявшись осматривать всё вокруг. Тщательно осматривал корабль и я, задавая вопросы Ригаро. Экипаж корабля на две трети состоял из браавосийцев, набранных из старого экипажа и готовых вместе со своим старым капитаном служить новому владельцу судна. Последняя треть была из вестеросцев, которых привёз с собой Блэк. Барион много нелестного сказал о моряках с западного континента, но не смог не признать, что для людей, которые ни разу не ходили на галеонах, они ещё ничего.
Ригаро Барион был капитаном на службе у предыдущего владельца «Эбенового Слона» уже на протяжении пятнадцати лет, и сильно прикипел к кораблю. Он участвовал во множестве морских походов и торговых экспедиций, обойдя за эти годы всю известную ойкумену. К большому для него сожалению, накопить собственных средств для выкупа корабля ему не удалось, а занять денег в банке он не успел, ибо Блэк галеон уже застолбил. Ригаро, впрочем, не растерялся и вначале пытался то ли запугать купца, то ли перекупить, но когда узнал, кто стал новым владельцем корабля, попросился на службу, которую я охотно предоставил. С определёнными условиями, разумеется. Мне не нужны сюрпризы. Именно из-за этого часть экипажа составляют вестеросцы. Сейчас треть, а потом их будет большинство. Ригаро пошёл на это вполне спокойно и осознанно, ему плевать, на каком языке говорят его матросы и офицеры, капитан прекрасно говорит на множестве языков, в том числе и андальском. Стоит ли вообще говорить, что такими кадрами глупо разбрасываться? Особенно учитывая, что в его резюме значилось неоднократное посещение Летних островов. Крайне актуально.
Я облазил судно от юта до бака, все четыре палубы. Галеон пришёл не пустопорожним, его палубы были забиты всевозможными товарами, производимыми в Браавосе. В частности: тканями, коврами и красильными веществами, которые так высоко ценятся в Вестеросе. Показали мне и каюты. Одна капитанская и четыре офицерских. Капитанская каюта, как и полагается, — большая и просторная. Офицерские гораздо меньше, и рассчитаны на размещение от двух до четырех офицеров, но тоже вполне приличные жилые помещения.
Сухо резюмируя, должен сказать, что от корабля я в полном восторге! Эмоции как от покупки своей первой бэхи!
Забрасывая в Цитадель письма с предложением поучаствовать в экспедиции на Летние острова, я и представить себе не мог, каким будет отклик. Неизвестно, что послужило причиной, мои богатые подарки или научное рвение, но факты говорят сами за себя — в столицу со своими учениками прибыло почти два десятка мейстеров, изъявивших желание поучаствовать во всём этом безобразии. Во главе толпы юных и не очень натуралистов и средневековых исследователей прибыл самый настоящий архимейстер. А именно Марвин Маг. Последнее позволяет мне делать предположение, что отправили сюда тех, кого… не сильно-то и жалко. Средневековых учёных я разместил в таверне «Русалка» при полном пансионе. В общем, дал возможность и, что самое главное, финансирование для того, чтобы подготовиться к походу получше.
— Архимейстер, мейстеры и ученики! Рад вас приветствовать в Королевской гавани!
Стоило только делегатам разместиться, как я нагрянул к ним в гости, желая как можно скорее познакомиться со столь колоритным персонажем, как Марвин Маг. К моменту моего прибытия господа учёные явно завершали обед, и все как один подскочили при моём появлении. Группа сгрудилась в кучку, а вперёд вышел седовласый мужчина с естественной ризой на голове и, откровенно говоря, сильно походивший на гнома. Невысокого роста, непропорционально большая голова, широкие плечи, длинные сильные руки и могучий пивной живот. Густые брови и многократно сломанный нос. Мейстерский балахон весь в заплатках и грязных пятнах, поверх которого узкая цепь из валирийской стали. Вот и он, Марвин Маг.
— Лорд Ренли! Рады Вас приветствовать! Позвольте представиться! Архимейстер Марвин, а это мои коллеги…
Голос у Марвина был под стать внешности, громкий и грубый, а зубы были покрыты красными пятнами. Насколько я помню, это эффект от регулярного потребления кислолиста, местного аналога жевательного табака. Мы потратили около получаса, пока меня должным образом знакомили со всеми мейстерами. Разумеется, на учеников и школяров время тратить мы не стали. Закончив расшаркивания, я предложил архимейстеру пройти в отдельную комнату и обсудить предстоящую экспедицию.