Вот сейчас пойду, лягу спать и все забуду. И Эльмира забуду. И Анжелку забуду. И про Петьку забуду, пусть он и сопит под боком. А про Нинку я опять забыла! Надо телефон зарядить! Но звонить ей не буду. Хоть искать меня и не должны, но... ей не надо знать, где я. Никому не надо. Смс скину и отключусь. Я хочу пострадать в одиночестве. А завтра я все с себя стряхну и начну жить с чистого листа. Или как там люди жить по новой начинают?
Зарядки у Петьки подходящей не оказалось. А вот Нинкин номер у него был. В целях конспирации смс я скинула через интернет. Потом легла, пока Петька был в ванной. И провалилась в сон.
Проснулась я в панике, во сне за мной кто-то гнался по бесконечному коридору без дверей. Преследователь бежал легко, свободно, я же убегала в страхе и понимала, что не догнал он меня только потому, что просто развлекается этой погоней. На меня накатывал паника, мой бег становился все медленнее, силы оставляли. Я убегала от того, кто был мне знаком, но лица его не видела и от того было ещё страшнее. Резко открыв глаза, уставилась в потолок. Дыхание было тяжелым, как будто я, действительно, бежала. В комнате было светло. Сколько же я проспала? Петьки в комнате не было.
Села, потерла лицо руками. Надо вставать. Тут зашел дорогой друг.
- Проснулась? Пошли завтракать.
Я замерла, прислушалась к организму.
- Как я есть хочу...
- Конечно, хочешь, ты вчера на еду особо не налегала, предпочитала жидкости.
- А пить я тоже хочу.
- И головушка раскалывается, - добавил друг, глядя насмешливо и нежно одновременно.
- Нет, ничего не раскалывается.
- Мда, везет тебе.
- И не говори. Так что там с завтраком? Кстати, твои дома?
- Солнце, одиннадцать дня, все разбежались. Пойдем тебя кормить.
- А сам покормиться не хочешь?
- Так я уже поел.
Петька ушел на кухню, я, переодевшись, забежала в ванную. Что-то часто у меня незапланированные ночевки вне дома. Надо зубную щетку купить. Походную. Чтобы всегда под рукой.
Я сметала бутерброды, Петька, глядя на меня, посмеивался.
- Чем сегодня заниматься будешь?
Я пожала плечами.
- Не знаю. Надо развеяться, вздохнуть полной грудью, - подумав, добавила. - Съезжу к подружке в пригород. Мы с ней посплетничаем, обругаем мужской пол, и мне станет легче на душе.
Петька поморщился.
- Что за терапия такая? Чем весь мужской род-то виноват? Есть среди нас белые и пушистые! - уверенно заявил он. Я отложила бутерброд, и, покрутив головой, спросила:
- Где? - потом перевела взгляд на рыжего. - Где ты видел этот редкий экземпляр? Покажи мне, Петя! - злобно закончила я.
- Вот, - гордо ткнул друг себя в грудь. Но под моим взглядом в упор как-то сник и слегка покраснел. - А чем я плох?
- Ты мне скажи, чем ты хорош?
- А... - друг потерялся в мыслях. - Собой хорош.
- На любителя, - отрезала я.
- Ну... меня девушки любят...
- По-твоему, это плюс? - я посмотрела на него серьёзным взглядом. - Вот если у тебя появится девушка постоянная, ты думал о том, каково ей будет знать, что любая за тобой пойдет, да и ты не против? И будет она сидеть дома, когда ты, вроде бы, на работе или учебе и думать, а где же ты на самом деле.
- Если уж она будет моей девушкой, то я изменять не буду, - словно обещая, отрывисто произнес Петька.
- Это ты так говоришь. Сейчас. А кто знает, что и как может повернуться.
- Олеся, если этот гад так сделал, это не значит...
- Да ладно, Петь, он мне тоже брачных обетов не давал.
Петька нахмурился, вгляделся в мое лицо, словно что-то выискивая.
- Ты его защищаешь?
- Нет, пытаюсь понять. Получается так, что с парнями у меня ничего не срастается, - задумалась. - Может на девушек переключится?
Петька покрутил пальцем у виска.
- Замолкни, умоляю!
- Умолкаю, - послушно кивнула я. Говорить не хотелось. Все беседы приходили к одному и тому же, а я хотела об этом забыть. Петька задумчиво смотрел на меня, время от времени тяжко вздыхая, потом вдруг расцвел буквально на глазах:
- А Андрею ты звонила?
- Зачем? - я вспомнила, как Андрей рассуждал про "защитить или навешать", вот только такого мне не хватало, для полного счастья. С Андреем я об этом потом когда-нибудь поговорю. Может быть.
- Ты прыгать передумала?
- Прыгать? - удивилась я. - Куда прыгать?
- С парашютом прыгать! Ты забыла про мой подарок?
- Ой! Я забыла!
- Ну, ты даешь! Столько об этом трещала.
- Да как-то закрутилось все, - вздохнула я.
- Поехали к Андрею сейчас, он тебе расскажет все, что от тебя требуется.
- Что, уже сейчас прыгать?! Я как-то морально не готова.
Петька смотрел на меня как на дуру.
- Сейчас? Ты думала, что сразу прыгать будешь?
- А что?
- Хорошо, что я сам этим занялся. А то кто знает, с кем бы ты связалась. Солнце, там ещё поучиться надо, и справки предоставить, чтобы тебя допустили. Это все не сразу, где-то через месяц, может, и прыгнешь.
- О! Как все не просто.
- А ты что думала? Я серьезно подошел к вопросу, зная, что ты особо ничего не проверишь. Так что тебе ещё предстоит поход в больничку.
- Зачем? - я была изумлена.
- Затем, что в небе летать и по земле ходить, это разные вещи! Вдруг тебе в момент прыжка от чего-то плохо станет.
- Я здорова!
- Без справки не допустят.
- Петька!
- Так не я допускаю! Успокойся, это правило для всех.
- Не люблю больницы, - поморщилась я.
Рыжик усмехнулся.
- Так что, едем?
- Поехали.
- Я сейчас позвоню ему, чтобы зря не ездить, если его на месте нет.
- Петь, так сегодня воскресенье! - сообразила я.
- У него выходные тогда, когда сам решит. А в будни народ, в основном, работает, так что в выходные работает он.
- Понятно, - я залпом допила чай. - Поехали.
После посещения аэродрома я была в восторге. И даже домой идти не хотелось. Мы с Петькой пристроились на лавочке возле моего дома. Я эмоционально вспоминала все, что мне объясняли, иногда еле сдерживаясь от счастливых повизгиваний.
- Это здорово! Я скоро полечу! - я вскочила с лавочки, и немножко покружилась. Голова закружилась. - Ох, - я ухватилась за Петьку, постояла немного, а потом в порыве обняла его. - Спасибо, Петенька, это самый крутой подарок в моей жизни.
Он обнял меня в ответ.
- Ты ведь меня за него, как следует, не поблагодарила, - пробормотал он. - Может, сделаешь это сейчас?
Я слегка отодвинулась и, глядя в глаза, довольно улыбаясь, спросила:
- Как? Проси, что угодно.
- Все, что захочу? - он хитро улыбнулся.
- Все, - кивнула я.
- Тогда прошу поцелуй.
- Поцелуй? - я опешила, улыбка стала неуверенной.
- Поцелуй, - он смотрел на меня очень... серьёзно. И это меня смутило. Я привыкла слышать от него шутки и подначки. А тут все было по-настоящему. Ладно, давай, тебя взбодрим, приятель.
- И куда же тебя поцеловать? Я даже не знаю, - кокетливо проговорила я. - В лоб? - я провела пальцем по лбу. - В щеку? - палец соскользнул. - В подбородок? В нос? В висок?
Он вдруг поймал мою руку и, сказал:
- Сюда, - и приложил пальцы к своим губам. Он все так же серьезно смотрел на меня. Моя улыбка погасла. Я растеряно посмотрела на него, и пробормотала:
- Сюда... - а Петька вдруг переместил одну из рук на мой затылок, и слегка надавил. Не чтобы силой прижать, а как бы подталкивая... словно очарованная, я подалась вперед и прижалась к его губам. Он был так нежен и осторожен. Неожиданно захотелось, чтобы он прижал меня к себе сильнее, и не отпускал. Мой друг. Он был и будет рядом всегда. Я начала отвечать на его поцелуй. Сначала неуверенно, потом все смелее. Я не поняла, как оказалась у него на коленях. Это произошло само собой, естественно... Воздух вдруг замер в моих легких и, слегка отпрянув, я начала жадно дышать. Петька скользнул губами по моему виску и прошептал: