- Иногда с ней лучше не спорить.
- О, Боже, - с придыханием простонала я, скользя пальцем по мечу. Все-таки оружие завораживает меня. Именно холодное, которое дает преимущество только тому, кто умеет владеть им.
Сначала Боря держался скованно, явно ожидая подвоха, но, увидев мой восторг, успокоился и даже стал делиться информацией, что где сделано, в каком веке применялось и так далее. Информацию я пропускала мимо ушей, но кивала и поддакивала, чтобы меня отсюда подольше не выгоняли. Иногда я не сдерживалась, и начинала что-нибудь бормотать, тогда он снисходительно улыбался.
- А ты сама не хотела чем-нибудь заняться?
- Нет, - я улыбнулась. - Мне вполне хватает счастья от того, чтобы посмотреть и потрогать. Я даже на фестиваль в области как-то попала, на два дня, месяц ходила довольная и улыбалась, как дурочка. Это, кстати, уже после твоего обещания было, - я лукаво улыбнулась.
- Я его действительно не помню. А с чего я тогда вообще об этом заговорил?
- А ты меня очаровать пытался. Мы так мило беседовали, а Петька нас растащил, и даже телефонами обменяться не дал. Вредный он.
- Я девушек, редко такими разговорами очаровываю, - вздохнул Борис.
- А мне понравилось, - я улыбнулась. - Ты интересно рассказывал. Потому что японская поэзия меня не вдохновила.
- А... То есть начал я все-таки стандартно.
- Не знаю твоих стандартов, но начал ты вдохновенно, - мы засмеялись.
- А часто срабатывает? - полюбопытствовала я.
- Часто, - кивнул Боря.
- Мда, - расстроилась я. - Так я тебе статистику подпортила?
Борис захохотал.
- Мне её Петька испортил, когда потом мозги промывал, чтоб я ни-ни, даже не думал.
- Тогда ладно, - кивнула я. В таком духе мы пообщались ещё какое-то время, уже осмотрев оружие. Я заикнулась, что хотела бы подержать в руках вооот этот меч. Мне его дали (!), но удерживала я его не долго, уж очень тяжелый был. Дошла очередь и до кольчуги. Она ложилась складками, как ткань. Естественно, мне она была велика на несколько размеров, Борис был не так высок, как Петька, и не выглядел крупным, но все-таки был мужчиной. Тяжесть легка как-то равномерно. Я думала, что ощущение будет как от рюкзака, но нет. Движения замедлились. Весила она много. Для моих собственных пятидесяти килограммов. Спросила, сколько она весит.
- Вроде килограмм двенадцать-четырнадцать, не помню.
- И как ты в ней ещё и мечом машешь?
- Так тренировки.
В комнату зашел Петька, рассмотрел меня.
- Хоть сейчас в бой.
Я показала язык, и попросила:
- Петь, сфотографируй меня!
Борис вручал мне оружие, показывал, как его правильно держать. Потом народ стал выкрикивать Борино имя, гости его потеряли. Меня разоблачили. Я повела плечами, ощущение было, что сейчас взлечу. Мне очень понравилось.
Под конец вечера я задремала на диванчике, прижавшись к Пете. Через некоторое время раздался голос Бориса:
- Умаялась?
- У неё день, насыщенно прошел, - ответил Петька.
- Да уж, - хмыкнул Борис, а потом признался. - Она меня на кухне почти напугала.
- Я так и понял.
- Изверг ты.
- Есть такое.
- А она ничего. Забавная.
- Не облизывайся, - отрезал Петька.
- Да я не о том, поговорить с ней интересно. И вообще... - туманно продолжил Борис.
- Вот-вот, давай без вообще.
- Так ты же ей доверяешь, - ехидно заметил Боря.
- Я ей доверяю, но она впечатлительная и все близко к сердцу принимает, а если я тебе морду набью... - я решила вмешаться. Шум в комнате дремать не мешал, а вот их разговор - ещё как. Да и разговоров о мордобое между друзьями не понимаю.
- Дайте поспать! - Петька вздрогнул.
- Ты подслушиваешь! - возмутился.
- Так вы сами здесь говорить начали, - я села, поняв, что дрему мне сбили. - Я же под диваном не таилась, - посмотрела на Борю, он смутился. - Ведь правда, Борь? - я ему подмигнула. Тот засмеялся.
- Правда.
- Петь, - я кокетливо заглянула ему в глаза. - А ты меня ревнуешь? - я его слегка пощекотала.
Петька от щекотки дернулся, за руку схватил, но тон прочувствовал, и с любопытством спросил:
- А ты как думаешь? - Борис слушал с интересом.
- Думаю, нет, - я грустно вздохнула. У Бори лицо слегка вытянулось, а я добавила. - Судя по вашей беседе на кухне.
- Так ты там не так мало и услышала, - лениво заметил Петька, а Боря засмущался.
- Вредина, - я его ущипнула. - Хоть бы для вида изобразил, что ревнуешь.
- А тебе оно надо? - внимательно посмотрел на меня Петька.
- Рыжий, ты с головой не дружишь, - пробормотал Борис.
- Ты прав, не надо, - ответила Петьке, а потом обратилась к его другу. - А с головой Петя дружит, даже слишком хорошо, в ущерб другим частям тела.
Борис закашлялся, а Петька возмутился:
- Я тебе сегодня продемонстрирую, с чем я дружу.
- Петь, я про сердце, - я невинно посмотрела на милого. - А ты о чем?
С удивлением я поняла, что Петю мое замечание задело.
- Петь? - я внимательно вглядывалась в его глаза, погладила по щеке и нежно улыбнулась. - Я пошутила.
Он притянул мою голову к груди, поцеловал в затылок и очень серьезно ответил:
- Я знаю.
Рядом откашлялись, я и забыла про Бориса. Повернулась к нему, улыбнулась и поделилась:
- Я уже спать хочу. А завтра пары. Ты не обидишься, если я Петю украду пораньше?
Борис умильно улыбнулся в ответ:
- Нет, конечно.
- Мне у тебя очень понравилось. А оружейная - просто сказка!
- Приходи ещё.
- О! - я даже подскочила. - Приду!
Петька хмыкнул:
- Вот сейчас точно ревновать начну.
- Не надо, - я чмокнула его в подбородок. - Ты же знаешь меня.
- Знаю, - задумался Петька, попрощался с Борисом, а потом мы отбыли к нему домой.
Я сидела за компьютером, пока Петька был в ванной. Зашла в почту, ответила на пару писем. Когда он вернулся, то забрался в постель, меня не звал. Я повернулась на компьютерном стуле к нему лицом. Он лежал на спине, закинув руки за голову, и пялился в потолок.
- Ты не хочешь поговорить? - он вздохнул. Я легла рядом на живот, не касаясь его. Стала махать ногами, подбородок пристроила на ладошки.
- Я понимаю, что обидела тебя. Только не совсем понимаю чем. Я шутила, и ты это знаешь. Раньше я отпускала шуточки более неприятного характера. Мне так казалось. И обидеть тебя не хотела. Прости меня. Я не хочу, чтобы между нами были обиды, - я смотрела прямо перед собой. Даже, скорее, в сторону от него. И лишь по движению матраса поняла, что Петька перемещается. Он сел, прижавшись спиной к стене, потянул меня к себе. Прижал спиной к своей груди. Потерся подбородком о затылок.
- Лесь, ты меня не обидела. И прощения просить не за что. Просто есть во мне то, чего я не люблю, но от себя не убежать.
- О чем ты говоришь?
- Я ведь говорил, что похож на отца.
Я напряглась. Отца Петька не любил. И после развода так и не простил его измен матери. Когда они развелись, то Петьку отец хотел оставить жить с собой, но он отказался. И общался с ним сквозь зубы. Хотя тот продолжал звать его к себе. Он не женился повторно, и детей у него тоже больше не было. В Петьке он видел преемника, а сын этого не хотел. И такое начало не внушало оптимизма.
- Петь, внешнее сходство ни о чем не говорит.
- Я говорю не о внешнем. Я такой же. Характер у меня похож. Мама так говорила раньше.
- Петя, так характер, это... Это то, что во многом от нас зависит. И потом, не думаю, что мама хотела бы тебя обидеть, она тебя любит.
- Олесь, я как он, понимаешь? Меня всегда тянуло на авантюры, к девушкам, во мне нет постоянства, и лишь глядя на тебя, мне пришло в голову что-то изменить.
- Петь, так может в том и дело, что тебе не хотелось? Ты не позволял себе любить кого-то одного? Ты поэтому мне говорил, о том, что не полюбишь? Так любовь, она ведь не приходит только потому, что хочется влюбиться. Ты просто любишь и все. Не поддаваясь никакой логике, - я погладила его по руке.