- Хорошо, садитесь товарищ Берия. Товарищ Артузов, как называлась ваша операция, которую вы начали готовить еще три года назад? "Харон", если я не ошибаюсь?
- Так точно, товарищ Сталин.
- Есть мнение, что пора ему отплывать.
- Вас понял. Завтра начнем.
- Товарищ Молотов, что на вашем фронте?
- Видимо завтра нам объявит войну Италия...
- Этого следовало ожидать. Что еще?
- За ней последует Румыния. Посол ноту протеста принес в связи с бомбардировками румынских аэродромов. Мы в ответной ноте потребовали незамедлительного выдворения с территории Румынии всех немецких войск, военной техники, в том числе и самолетов. Либо правительство Румынии должно нам гарантировать, что ни один самолет не взлетит, и ни один немецкий солдат не переступит границу Румынии и Советского Союза. Венгрия и Словакия пока раздумывают и стараются выяснить, как развивается обстановка на фронтах. Швеция прислала ноту протеста, отказавшись выполнять наши требования. В ноте заявлено, что досмотр торговых судов в ее территориальных водах может привести к военному конфликту между нашими странами. Финляндии, на ее ноту мы ответили, те в раздумьях и наблюдают, как развивается ситуация на фронте. Делают вид, что собирают доказательства разбойного нападения нашей авиации на их мирные аэродромы. Великобритания, САСШ, Канада, Австралия и Новая Зеландия официально заявили, что считают Германию агрессором в этом конфликте, и согласны с вашим заявлением, товарищ Сталин, что СССР не давал никаких поводов к началу войны. Посол Великобритании встретился со мной ближе к вечеру, но еще до речи своего патрона. Вновь шла речь о союзном договоре в войне против Германии до победного конца. Риторика поменялась. Наши требования поменяли статус с "немыслимых" сразу до "чрезмерных". Посол заявил, что его правительство готово пойти очень далеко, но просил выдвинуть, как он выразился, реалистичные требования. Снова шел разговор о снятие всех ограничений, бесплатной помощи и внезапной любви к СССР со стороны великих демократий.
- Передайте послу, что Советский Союз не ветреная девушка, меняющая свои намерения по семь раз на дню. Других предложений нет, и не будет. Сформулированный пакет является минимальным и очень возможно, что в скором будущем к выдвинутым требованиям добавятся дополнительные. Обстановка меняется очень быстро. Товарищи, в целом, этот первый день войны сложился для нас удачно. Но не стоит преувеличивать этот успех. По сообщениям нашей разведки было известно, что Абвер, то ли сознательно, то ли по недомыслию, весьма невысоко оценивает боеготовность наших частей и подготовку приграничных районов к ведению боевых действий. Но командование вермахта умеет учиться. Это мы наблюдали во всех конфликтах последних лет. Борис Михайлович, передайте от имени партии и правительства нашу благодарность и низкий поклон всем командирам опорных пунктов. Передайте им, что от их мастерства, мужества и стойкости зависит судьба страны. Передайте, что правительство ждет от командиров наградных листов. Бойцы должны знать - страна знает своих героев. Товарищ Смушкевич, сегодня руководством ВВС были допущены ошибки и весьма грубые. В результате бороться с люфтваффе вам станет сложнее. Завтра у них появятся приборы определяющие месторасположение РЛС и вы должны своевременно принять меры, которые позволят ВВС сохранить глаза. Надеюсь, вы, и ваши командиры сделаете должные выводы, и сегодняшний разговор об ошибках будет последним.
- Товарищ Сталин, командиры ВВС и я лично, приложим все силы, чтоб оправдать доверие партии и правительства!
- Тогда закончим это совещание и за работу, товарищи. Товарищ Артузов, вас я попрошу остаться.
Все вышли. Вождь долго набивал трубку, размышляя о чем-то.
- Вы просили о личной встрече, товарищ Артузов, слушаю вас.
- У меня плохие новости...
- Говорите, у меня нет меча под рукой, можете не опасаться.
- Ферми выделили финансирование на создание лаборатории и дальнейшее изучение трансурановых элементов.
- Это было ожидаемо с момента его приезда в САСШ и вашей неудачи в похищении Ферми по дороге туда.