Часы проведенные в монастыре сняли многодневную усталость и мне просто хотелось спать, но тем менее я поднялся на мостик. На ночную вахту заступил сам капитан.
Времени проведенном вместе в монастыре мне было достаточно чтобы составить свое мнение о Торсоне и принять окончательное решение о нем и его старшем офицере Николае Алексеевиче Чижове, тоже декабристе, бывшем лейтенанте 2-го флотского экипажа.
Что его занесло в число заговорщиков мне тоже совершенно не понятно, он к ним присоединился только в ноябре 25-го года, участия в их сборищах не принимал, но на Сенатской площади был.
Чижов изначально был приговорен к бессрочной ссылке на поселение в Сибирь, но два года назад ему разрешили службу рядовым в Сибирском линейном батальоне Иркутска и его ожидал перевод в Тобольск с перспективой производства по службе вплоть до офицерского звания с правом быстрого выхода в отставку.
Это бы дало ему фактически свободу и право вернуться в Европейскую Россию. Но тем не менее предложение, сделанное ему Яном он принял и пошел на службу в компанию, закрыв для себя путь к возвращению в Россию.
Конечно через — цать лет все, кто пошел служить мне, получать восстановление в правах. Но сейчас их свобода ограничена Восточной Сибирью и русским Дальнем Востоком.
Торсон, Чижов, Николай Бестужев и Штейнгель по мнению Яна самые ценные кадры из морских офицеров-декабристов, изъявивших желание участвовать в Амурском походе.
Кроме первой четверки их еще трое: Антон Арбузов., Александр Беляев и Михаил Бестужев.
Арбузов и Беляев опытный морские офицеры, ходившие по морям и океанам, а Бестужев незадолго до восстания перевелся из флота в лейб-гвардию. На Амур он желает идти скорее всего за компанию с братом Николаем и Торсоном.
Торсон и Чижов произвели на меня очень хорошее впечатление и каких-либо сомнений в правильности их назначения на наш второй пароход больше нет.
Не задерживаясь в Сретенске, мы приняв на борт ожидающий меня штаб экспедиции, пошли на Шилкинский Завод.
Весь день 27 апреля прошел в сплошных докладах о готовности в Амурской экспедиции. Главными докладчиками были Василий, Иван и Владимир Ильич Осипов.
Итак в состав экспедиции входят два парохода, «Императрица Мария Федоровна» будет флагманом, пятьдесят барж и двадцать баркасов.
В поход идут 1-ый пеший батальон и 1-ый казачий полк будущего Амурского Казачьего войска. Пеший батальон это пластуны. Примерно половина казаков уже женатики, но пока их семьи остаются дома.
Почти сотня человек инженеры, мастеровые, медицина и различные умные и ученые мужи.
Кроме этого в поход идут триста семей преимущественно староверов. Пятьдесят из них должны будут остаться на месте бывшего русского Албазина и возродить его.
Остальные пойдут в низовье Амура, а там уже по ситуации, возможно кто останется там, а кто пойдет дальше: на Камчатку, Курилы или в Америку.
На баржах много скота, лошади, коровы, бараны, свиньи и различная птица. И конечно самые различные грузы: инструменты, одежда, провиант и прочая разность.
Более ранняя весна позволяет выступить нам раньше, чем например это сделал Муравьев в моем прошлом и поэтому уже практически в ночи мы принимаем окончательное решение начать наш первый Амурский поход.
Еще осенью мы решили, что готовность должна быть раньше намеченных сроков и сейчас это отлично срабатывает. Также как и избыточность в подготовке.
Мы можем реально организовать два раза более мощный сплав, но решили не рисковать.
На забайкальском хозяйстве остается триумвират Иван, Владимир Ильич и его гражданский зам Спиридонов. Никита Григорьевич будет везти всю гражданскую часть организованного забайкальского отдела и при необходимости подстраховывать Ивана в строительстве дорог и реконструкции Перовского Завода.
Владимир Ильич будет заниматься окончанием формирования вверенного ему казачьего войска и развернуть такую же полноценную работу по Амурскому войску.
Ивану предстоит самое ответственное дело. Если всё пойдет так как мы планируем, то предстоящим летом можно будет организовать еще один сплав.
К нему практически все готово. Недели через две будет готово еще десятка три барж. Они в бешеном темпе доделываются в Сретенске, на Шилкинском Заводе и в Усть-Стрелке. А если не подведет май месяц и сохранится высокая вода, то подойдут баржи строящиеся в Чите, Нерчинске и по всей Шилки от Сретенска до до села Митрофаново.