Главный механик на нашем пароходе Иван Сергеевич Васильев. После возвращения из первого большого плавания он получил вольную, а Сергей Федорович его официально усыновил. И я отправил его на два года в Англию.
Но на туманном Альбионе Ваня провел три года и вернулся оттуда с восторженной характеристикой Брюнеля и дипломом одной из частных технических Англии. Федор всё это время его опекал и помогал по жизни и в непростой учебе. В результате из Англии вернулся очень толковый специалист и просто хорошо образованный человек.
Когда решался вопрос о старших инженерах-механиках на последние новые компанейские пароходы, то Иван Сергеевич Васильев, успевший уже походить под флагом компании, был первым кандидатом и эти корабли получили свои паровые машины можно сказать из его рук.
Старший инженер-механик лично принимал их в Англии, руководил доставкой в Геную и установкой на наших пароходах.
Во время шторма очень многое зависело от надежной работы паровых машин пароходов и они не подвели. В итоге мы пришли в Петропавловск как и планировалось, в полдень пятого июня.
Флегонт Мокиевич естественно подготовил подробнейший доклад о положении дел в своей «епархии», но меня по большому счету интересовал только один вопрос: строительство новой трактовой дороги.
Начальник Камчатки твердо заявил, что к зиме она придет в Гижигинск, к весне будут полностью построены, оборудованы и укомплектованы все почтовые станции и можно будет открывать регулярное движение по трассе Петропавловск-Магадан.
После увиденного в Магадане я уже не сомневался в реальности планов наших местных начальников, а поводов сомневаться с их честности и порядочности у меня было никаких. Поэтому после доклада и обеда мы втроем: крестный, Мокий Флегонтович и я, уединились в кабинете начальника Камчатки для принятия окончательного решения о времени начала масштабной золотодобычи на Колыме.
Для себя я решил, что это надо будет делать не раньше второй половины следующего лета, после окончания основных работ на строящихся трассах Охотск-Магадан-Петропавловск и Магадан-Нера.
Как можно утверждать, что по этим дорогам возможно без проблем и достаточно быстро, конечно по меркам 19 века, передвигаться круглый год, мне лично совершенно не понятно. Большущий стаж водителя-дальнобойщика 21 века протествовал даже против того, чтобы ЭТО называть трассами и дорогами. На тракт я правда согласен.
Но опыт, приобретенный уже здесь в 19 веке, говорил, что людям, с которыми я работаю, надо верить. И если они говорят, что это дорога, по которой чуть ли не в ветерком и комфортом можно будет ездить круглый год, то так оно и будет.
ВСе мои сомнения похоже были написаны у меня на лице и Флегонт Мокиевич, закончив доклад с недоумением посмотрел на меня.
— Хорошо, Флегонт Мокиевич, — поспешил я сменить тему, — с этим всё понятно. Я вам целиком и полностью доверяю и полагаюсь на вас. Хотелось бы конечно все увидеть своими глазами, но…
Я с огорчением развел руками. Начальник Камчатки уже знал, что мы заскочили к нему буквально на огонек и в ответ грустно улыбнулся, тоже слегка разведя свои кисти.
— Ваш отчет я подробнейшим образом изучу, в море у меня времени на это будет достаточно. Вы конечно знаете, что на Колыме найдено первое золото?
— Знаю, Алексей Андреевич. Господин Кольцов прислал мне подробнейший рапорт.
Я повернулся к Ивану Васильевичу и он молча достал магаданское золото и высыпал на стол самородки.
— Мы с Иваном Кузьмичем решили начать золотодобычу после того, как будет проложена более менее проезжая дорога до Неры. В её устье на данный момент найдены самые богатые россыпи. Хотя чисто формально это уже река Индигирка.
Карандашом я показал и Неру и строящуюся трассу Нера-Магадан. На расстеленной на столе карте были показаны все наши будущие дороги, а легенда содержала подробнейшие объяснения.
— Господин Кольцов заверил нас, что к зиме он построит еще и трассу Охотск-Магадан-Гижигинск, а через год и проведет реконструкцию Якутско-Охотского тракта. Вы уверяете, что до Гижигинска дойдете в ближайшее время и таким образом к следуюшей зиме у нас будет относительно хорошее транспортное сообщение с Сибирью.
— Именно так, Алексей Андреевич и будет. Не извольте сомневаться. А относительно начала золотодобычи тут ни мне решать. Как с Кольцовым решите, так и будет.
Я разгладил сгибы карты и внимательно посмотрел на обозначенные на ней стройки дорог и будущих городов и поселков. Мне все равно не верилось, что сейчас, в середине 19 века, появится почтовый тракт по которому круглый год можно будет просто ездить, а не совершать каждую поездку подвиг.