Поэтому в этом деле Ростов ориентируется на Мексику. Там за последние полтора года, прошедшие после моего отъезда, началась самая настоящая промышленная революция. Мои родственники сумели так распорядиться полученными миллионами, что страна, особенно её северные и центральные районы, развивается не по дням, а по часам. Это развитие просто подстегивается золотом Калифорнии, так как её правитель за всё расплачивается желтым металлом.
Мне очень хотелось проехаться по Калифорнии, побывать в Мексике и особенно в Техасе. Но времени на всё это не было совершенно. На первом месте стоит своевременное возвращение на Амур.
Техасские дела, конечно, очень интересные. Там всё тоже бурно развивается. Особенно интересно положение дел на индейских территориях. Благодаря деятельности месье Филиппа уже можно говорить, что индейское государство на так называемых Индейских территориях состоялось. Оно дружественное нам и уже откровенный враг своему могущественному соседу — США.
На наших и индейских границах пресловутый американский фронтир остановился и резко забуксовал севернее. Причем там основной вклад в это вносит Великобритания, действующая с канадской территории.
Имеющаяся у нас агентура в Штатах докладывает, что в Вашингтоне и северных промышленных штатах это вызывает бешеную реакцию и военное столкновение скоро станет неизбежным. И здесь ситуация далеко не однозначна.
Южным штатам это во многом до лампочки. В некоторых из них населению это даром не надо. И эти штаты склоняются к нейтралитету, а, например, Новый Орлеан, который благоденствует благодаря нам, целиком и полностью на нашей стороне.
Поэтому мне надо скорее запустить все дела в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке и приезжать в Америку.
Подготовка к заключительной части нашего путешествия, броску через Тихий океан, заняла все свободное ото сна время нашего пребывания в Калифорнии. Иван Васильевич вообще почти не спал: пятнадцать тонн золота на борту — это слишком ответственно. И он по несколько раз всё проверял: как размещен этот драгоценный груз и организацию его охраны.
Крестный занимался погрузкой угля, продовольствия и заправкой свежей пресной воды, а я занимался подготовкой к рейсу самих пароходов, их техническим состоянием.
К моему удивлению, мы уложились в трое суток, и когда наш главный Иван Сергеевич Васильев доложил о полной технической готовности к рейсу, я сразу же скомандовал готовиться к отходу, и двадцать девятого июля 1836 года ровно в шесть ноль-ноль по калифорнийскому времени мы ушли из Сан-Франциско.
Расстояние до Южных Курил около шести тысяч морских миль, которые нам надо пройти максимум за сорок суток. Это означает, что каждый час мы должны идти со средней скоростью не меньше шести узлов. Это вполне реально при двух условиях: у нас не будет ни одной поломки и серьёзные шторма обойдут нас стороной.
Август в северной части Тихого океана, особенно в его северо-западной части у берегов Японии и нашего Дальнего Востока — это один из самых опасных и штормовых месяцев, время максимальной активности тайфунов.
Поэтому будем уповать на Божий промысел и опытность капитанов, и обученность, и слаженность команд.
Первая часть перехода Сан-Франциско — Гавайи была такой, как надо. Как надежно и четко работали все механизмы и отличная погода позволили пройти две с половиной тысячи морских миль почти ровно за шестнадцать с небольшим суток.
Почти ровно в полдень пятнадцатого августа к нам на борт поднялись адмирал Джервис и гавайский король Камеамеа Четвертый, в котором мы сразу узнали нашего друга.
Наша стоянка на Гавайях была недолгой: ровно в восемнадцать часов мы покинули их, но этого времени, естественно, хватило, чтобы выслушать рассказ адмирала и короля.
Переход власти был совершенно бескровным. Предыдущий король Камеамеа Третий по первому же требованию отрекся от престола в пользу нашего друга и тут же убыл, но не к своим друзьям и покровителям в США, а в Лондон.
Причиной этого всего был Лайонель Ротшильд, который дал отставному королю очень круглую сумму. Кроме этого, неожиданно на Гавайи пришло два английских фрегата, которые стали оказывать поддержку новому королю. Вместе с двумя компанейскими военными кораблями это очень грозная сила, с которой желающих спорить не оказалось, и поэтому нашу программу реформ Камеамеа Четвертый выполнил без проблем.
Англичане, в первую очередь китобои, от этого тоже пострадали. Но их потери были не сопоставимы с американскими, и тем более что мой друг Лайонель организовал всем пострадавшим какие-то страховые выплаты.