Повисла тишина. Почти минуту никто из шестерых моравеков вокруг навигационного стола ничего не говорил и не передавал.
– У нас есть для вас еще свежие данные, – сказал наконец Сума IV.
Высокий ганимедянин в бакикарбоновом панцире тронул панель, и появилось другое, увеличенное изображение Земли. Манмут узнал то, что некогда называлось Британскими островами (Шекспир!). Изображение еще увеличилось, остался только Европейский континент. Голокуб заполнили две картинки: странного вида город, расходящийся от черного кратера, и, возможно, он же, густо оплетенный голубой паутиной, отчасти схожей с квантовыми перемещениями между Землей и Марсом. Манмут рассказал товарищу о голубой массе.
– И что это за хрень? – спросил Орфу.
– Мы не знаем, – ответил Сума IV, – однако стандартную неделю назад ее здесь не было. Координаты соответствуют древнему Парижу в государстве Франция. Однако там, где наши астрономы с Фобоса и околомарсианского космоса наблюдали деятельность людей старого образца, примитивную, но заметную, теперь остался лишь этот голубой купол, голубая паутина и голубые шпили вокруг старого кратера от черной дыры.
– Кто мог сплести такую паутину? – спросил Манмут.
– Этого мы тоже не знаем, – сказал Сума IV. – Но гляньте на полученные оттуда данные.
На сей раз Орфу не присвистнул, а вот у Манмута возникло такое желание. Температура в опутанных голубой сетью частях Парижа упала до минус ста градусов по Цельсию, меж тем как в нескольких метрах сохранялась естественная для данного региона и времени года температура. А еще через несколько метров она подпрыгивала так, что расплавился бы свинец.
– Это может быть какое-то природное явление? – спросил Манмут. – Что-нибудь из того, что постлюди породили в эру Деменции, когда напропалую экспериментировали с земной экологией и формами земной жизни?
– Мы ничего подобного не видели за всю историю наблюдений, которые Консорциум вел непрерывно, – ответил Астиг/Че. – И потом, взгляните-ка на это.
На голографической карте, стянувшейся обратно в шарик планеты, появились десятки других районов, отмеченных голубым цветом. Они были в Европе, в Азии, на территории того, что раньше было Южной Америкой, на юге Африки – общим счетом двенадцать. Рядом с каждым таким кружком были столбцы чисел: дата, час, минута и секунда его обнаружения моравекскими сенсорами и результаты измерений, сходные с наблюдаемыми в Париже. Манмут торопливо переслал Орфу описание увиденного.
– И вот еще, – сказал Астиг/Че.
Появилась еще одна Земля, где от Парижа и прочих голубых кружков, включая город, подписанный как Иерусалим, отходили прямые голубые линии. Они продолжались в космос и пропадали за пределами Солнечной системы.
– Такое мы уже видели, – заметил Орфу, выслушав описание. – Такой же тахионный луч возник в Дельфах на другой Земле, древней Земле Илиона, когда с планеты исчезла бо́льшая часть жителей.
– Да, – сказал первичный интегратор Астиг/Че.
– Тот луч вроде бы не нацелен ни на что в глубоком космосе. А эти? – спросил Манмут.
– Тоже нет, – подал голос Чо Ли, – если не считать целью самый край Малых Магеллановых Облаков. Плюс здесь мы обнаружили квантовую составляющую.
– Что значит «квантовая составляющая»? – спросил Орфу.
– Лучи фазово смещены на квантовом уровне и существуют больше в пространстве Калаби-Яу, чем в четырехмерном пространстве-времени Эйнштейна, – пояснил штурман с Каллисто.
– Иначе говоря, – сказал Манмут, – они уходят в другую вселенную.
– Да.
– Во вселенную Земли Илиона? – с надеждой спросил Манмут.
С тех пор как захлопнулась последняя бран-дыра между вселенными современного Марса и Земли Илиона, моравеки утратили всякую связь с этой древней Землей Трои и Агамемнона, однако Хокенберри смог квант-телепортироваться через вселенную-мембрану Калаби-Яу на «Королеву Маб» и, предположительно, в обратную сторону (хотя никто не знал, куда он телепортировался с атомного корабля). Манмут, знавший многих греков и троянцев, надеялся когда-нибудь восстановить связь с этой вселенной.
– Вряд ли, – сказал Чо Ли. – Причины так же сложны, как математика многомембранного пространства Калаби-Яу, на выкладках которой мы основываем наши предположения, исходя из данных Устройства, которое ты успешно активировал на Марсе восемь месяцев назад, однако мы полагаем, что тахионные лучи фазово смещаются в одну или несколько других вселенных, но не во вселенную Земли Илиона.
Манмут развел руками:
– И как это связано с нашей миссией на Земле? Предполагалось, что я проведу «Смуглую леди» по земным океанам или морям и доставлю Суму Четвертого на место, как в прошлом году должен был отвезти покойного Короса Третьего к Олимпу. Голубая паутина и тахионные лучи меняют этот план?