Орфу не выдержал и расхохотался по общей связи:
– «Валькирия», «Неукротимый» и «Нимиц»? Мы, миролюбивые моравеки, час от часу становимся все грознее.
Никто не ответил. Чтобы нарушить молчание, Манмут спросил:
– А который из них… Ой, простите, уже пропал.
Небольшой фрагмент матовой черноты мгновенно зарубцевался, не оставив и следа на фоне звезд и колец.
– Это была «Валькирия», – сказал Сума IV. – Десять секунд.
Ни один из моравеков не начал вслух вести обратный отсчет, однако Манмут не сомневался: мысленно считали все.
На счет «ноль» сопло озарилось голубоватым свечением, напомнившим Манмуту черенковское излучение боеголовок. Богомол-метелка с мучительной неторопливостью двинулся вверх. Однако Манмут знал, что любой объект, идущий с постоянной тягой, даже если он выкарабкивается из колодца земной гравитации, наберет огромную скорость и что робот по мере подъема будет увеличивать тягу. Вероятно, к тому времени, когда робот и мертвая, термически упакованная «Смуглая леди» достигнут лунной орбиты, их скорость превысит вторую космическую. Если после этого черные дыры и активируются, они станут опасностью в космосе, но не уничтожат Землю.
Вскоре корабль-робот растаял на фоне подвижных колец. Манмуту при всем старании не удалось разглядеть и следа реактивных либо ионных выхлопов от трех невидимых кораблей эскорта.
Сума IV, закрыв двери грузового отсека, сказал:
– Отлично, теперь прошу всех меня выслушать. Пока двое наших товарищей трудились на дне здешнего водного океана, произошло кое-что необычное. Нам нужно вернуться на «Королеву Маб».
– А что с нашей разведочной миссией?.. – начал Манмут.
– Можешь скачать все записи во время полета, – оборвал его ганимедянин. – Первичные интеграторы требуют, чтобы мы немедленно возвращались. «Маб» на какое-то время должна улететь… Или, по крайней мере, подняться на лунную орбиту.
– Нет, – сказал Орфу с Ио.
Эхо короткого слова разнеслось по общей связи подобно раскату одинокого колокола.
– Нет? – переспросил Сума IV. – Таков приказ.
– Нам нужно вернуться в Атлантический прогал, или брешь, или как это зовется, – возразил Орфу. – Причем немедленно.
– Вам нужно умолкнуть и крепче держаться, – заявил огромный ганимедянин. – Я веду шлюпку обратно, как мне велели.
– Взгляните на снимки с ваших камер, сделанные с десяти тысяч метров, – сказал Орфу и через кабельный интернет переслал изображение всем находящимся на борту.
Манмут посмотрел. Этот снимок он уже видел до того, как они начали срезать боеголовки: немыслимая брешь посреди океана, помятый нос боевой субмарины, торчащий из северной стены прогала, разбросанные камни.
– Оптически я незрячий, – произнес Орфу, – но поработал с радарными изображениями и обнаружил нечто странное. Вот максимально увеличенные и очищенные визуальные фотографии, какие мне удалось получить. Взгляните и сами скажите, заслуживает ли это более детального изображения.
– Сразу скажу, что никакие снимки не заставят меня вернуться, – отрезал Сума IV. – Вы двое пока не в курсе, но астероидный остров, на котором мы высадили Одиссея, улетает прочь. Он уже изменил направление оси и прямо сейчас запускает реактивные двигатели. Наш друг Одиссей погиб. А на полярном и орбитальном кольцах оживают миллион с лишним спутников: устройства для квантовой телепортации, масс-аккумуляторы и многое другое. Так что мы улетаем.
– ПОСМОТРИТЕ НА СНИМКИ, МАТЬ ВАШУ!!! – взревел Орфу.
Все моравеки на борту попытались зажать ладонями уши. Даже те, у кого их не было.
Манмут первым взглянул на ближайшую фотографию из целой цифровой серии. Орфу не просто многократно увеличил изображение по сравнению с первоначальным вариантом, но и прочистил его с точностью до пикселя.
– На дне океанской бреши лежит рюкзак, – сказал Манмут. – А рядом с ним…
– Пистолет для подводной охоты, если не ошибаюсь, – вмешался центурион-лидер Меп Аху.
– А рядом с рюкзаком что-то похожее на человека, – подал голос один из чернохитиновых воинов. – Только давно уже мертвого. Тело усохло и сплющилось.
– Нет, – возразил Орфу. – Я проверил лучшие радарные снимки. Это не человеческое тело, а всего лишь человеческий термокостюм.
– И что? – спросил Сума IV из командирского кресла. – Субмарина выбросила кого-нибудь из членов экипажа или его пожитки. Это часть мусорного поля.
Орфу громко фыркнул:
– И все лежит на месте через двадцать пять стандартных веков? Что-то не верится, Сума. Посмотри на пистолет. Он совершенно не заржавел. Посмотри на рюкзак. Он совершенно не сгнил. А ведь эта часть бреши открыта и солнцу, и ветру.