«Черт».
Бегу по стене к широкой смотровой площадке у храма Афины – там, как я теперь вижу, собрались члены царского семейства, в том числе Елена. Все смотрят на побережье, где бьются мои обреченные ахейцы, и никто не встает на моем пути, когда я хватаю Елену за прекрасную белую руку.
– Хок-эн-беа-уиии, – удивляется она. – Что случилось? Почему ты…
– Нужно вывести всех из города! – кричу я. – Сейчас! Немедленно!
Елена мотает головой. Стражники хватаются за мечи и копья, но Елена останавливает их движением реки.
– Хок-эн-беа-уиии… Это великолепно… Мы побеждаем… Аргивяне падают, как колосья под серпом… С минуты на минуту благородный Гектор…
– Нужно уводить людей подальше от зданий, от стен, вон из города! – ору я.
Бесполезно. Стражники окружают нас, готовые по первому приказу убить меня или утащить прочь. Мне не убедить Елену или Приама, чтобы они вовремя вывели людей из города.
Задыхаясь, слыша за спиной тяжелый топот Гипсипилы, я хриплю:
– Сирены. Где воздушные сирены моравеков?
– Сирены? – спрашивает Елена. Теперь лицо у нее озабоченное, словно я обезумел и меня срочно нужно скрутить.
– Сирены воздушной тревоги. Те, что выли несколько месяцев назад, когда боги атаковали с воздуха. Где моравеки… механические люди… оставили свою аппаратуру для воздушной тревоги?
– Ах это. В преддверии храма Аполлона, но, Хок-эн-беа-уиии, почему ты…
По-прежнему держа ее руку, я представляю себе лестницу святилища и квитируюсь в храм Аполлона за миг до того, как стражники и одна крупная озверевшая дама с Лесбоса успевают на меня броситься.
Елена испуганно ахает, но я тащу ее вверх по мраморным ступеням. Вокруг ни единого стражника. Все горожане высыпали на стены – досмотреть финал войны, который разыгрывается на побережье.
Оборудование на месте, в ризнице для храмовых прислужников у самого входа. Система оповещения работала в полностью автоматическом режиме, выключаясь по сигналу радиолокационных и зенитных установок за городом (их уже нет), однако, насколько я помню, инженеры-моравеки встроили в нее микрофон и прочую электронную технику – на случай, если Приам надумает обратиться к троянскому населению посредством трех десятков исполинских громкоговорителей, установленных по всему неприступному городу.
На то, чтобы разобраться с аппаратурой, у меня уходит лишь несколько секунд: ради троянцев ее упростили донельзя, так чтобы смог управиться и ребенок. В общем, как раз мой уровень.
– Хок-эн-беа-уиии…
Я дергаю рубильник с надписью «Включить систему оповещения», поворачиваю тумблер «Мегафонное объявление», хватаю допотопного вида микрофон и принимаюсь нести что попало, слыша, как эхо моих слов отражается от сотен домов и великих стен.
– ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ! ВСЕМ ЖИТЕЛЯМ ИЛИОНА! ЦАРЬ ПРИАМ ПРЕДУПРЕЖДАЕТ: ГРЯДЕТ ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ!!! ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ВСТУПАЕТ В СИЛУ НЕМЕДЛЕННО!!! ВСЕМ ПОКИНУТЬ ЗДАНИЯ!СЕЙЧАС ЖЕ! ОЧИСТИТЬ КРЕПОСТНЫЕ СТЕНЫ СИЮ МИНУТУ! ПО ВОЗМОЖНОСТИ БЕГИТЕ ИЗ ГОРОДА НА ОТКРЫТОЕ ПРОСТРАНСТВО. НАХОДЯЩИМСЯ В БАШНЯХ – ЭВАКУИРОВАТЬСЯ! БЫСТРО!!! В ЛЮБОЕ МГНОВЕНИЕ ИЛИОН МОЖЕТ БЫТЬ РАЗРУШЕН! ПОВТОРЯЮ: ЦАРЬ ПРИАМ ПОВЕЛЕВАЕТ ВСЕМ ЖИТЕЛЯМ НЕМЕДЛЕННО ЭВАКУИРОВАТЬСЯ! ПОКИНЬТЕ ЗДАНИЯ И ВЫБИРАЙТЕСЬ НА ОТКРЫТОЕ МЕСТО! СКОРЕЕ!!!
Еще минута бреда – и я отключаю микрофон, хватаю за руку ошарашенную Елену и бегу из Аполлонова храма на центральную рыночную площадь.
Люди толпятся и разговаривают, глядя на громкоговорители, откуда звучало мое предупреждение, но никто не спешит эвакуироваться. Несколько человек выходят из больших домов вокруг площади, но почти никто не бежит к распахнутым Скейским воротам.
– Черт, – говорю я.
– Хок-эн-беа-уиии, ты устал, перетрудился. Идем ко мне в покои, выпьем медвяного вина и…
Я тащу ее за собой. Пусть никто не бежит из города, я точно отсюда выбегу. И спасу Елену, хочет она того или нет.
Перед входом в узкий проулок на западном конце площади я резко торможу. Идиот! Зачем куда-то бежать? Достаточно вообразить Лесной холм за городскими стенами, квитироваться туда…
– О черт! – снова кричу я.
На нас быстро опускается горизонтальная бран-дыра вроде той, что я видел раньше на Олимпе, – круг, очерченный пламенем. Сквозь нее видно черное небо и звезды.
– Проклятие!
В последний миг я решаю не телепортироваться: слишком велик риск остаться в квантовом пространстве в тот миг, когда бран-дыра нас накроет.
Я тяну перепуганную Елену обратно к середине площади. Если повезет, обломки стен и зданий до нас не достанут.
Огненный обруч не меньше двух миль в поперечнике накрывает Илион, окрестные холмы, долины, болота и берег, и в то же мгновение мы проваливаемся. Ощущение такое, будто вся древняя Троя находилась в лифте и он сорвался в шахту. Через две секунды начинается ад.