К черту. Харман смотрел на свет в конце длинного туннеля, хотя от солнца уже остался тонкий краешек и на зеркальных стенах Бреши плясали миллионы ярких серебряных бликов.
Но мальчик в черно-красном костюме из металла и пластика был настоящим.
Тут на глазах у Хармана сквозь северную стену Бреши протиснулось нечто гораздо более крупное и странное.
«Защитное поле пропускает только людей и то, что на них», – подумал Харман.
Однако второй пришелец ни в коей мере не походил на человека. Он был вдвое больше самых широких дрожек и напоминал исполинского механического краба с огромными клешнями, со множеством металлических ног и гигантским побитым панцирем, по которому, журча, бежали потоки воды.
«Меня не предупреждали, что предсмертные минуты бывают настолько забавны», – подумал Харман.
Похожее на ребенка существо приблизилось и заговорило по-английски.
– Сэр, – сказало оно мальчишеским голосом (примерно так Харман представлял себе голос своего будущего сына), – разрешите предложить вам помощь?
Только рассвело, и пятьдесят тысяч войниксов надвигались со всех сторон. Ада помедлила у Ямы, чтобы взглянуть на растерзанный труп Сетебосова отродья.
Даэман тронул ее за руку:
– Не горюй. Рано или поздно мы все равно бы его убили.
Ада покачала головой:
– Я ничуть не жалею, – и крикнула Ханне и Греоджи: – Поднимайте в воздух скайрафт!
Поздно. При первых же звуках атаки большинство охватила паника. Войниксы еще не показались из леса, однако четырехмильное кольцо сузилось уже раза в два. Еще минута, если не меньше, – и они будут в Ардисе.
– Нет! Нет! – кричала Ада, видя, как тридцать перепуганных людей лезут на медленно поднимающийся рафт.
Ханна пыталась удержать судно на трехфутовой высоте, но на борт лезли уже и другие.
– Взлетай! – крикнул Даэман. – Взлетай сейчас же!
Поздно. Тяжелая машина металлически заскулила, накренилась на правый бок и рухнула, раскидав людей по земле.
Ада с Даэманом бросились к упавшему рафту. Ханна подняла на них осунувшееся, побелевшее лицо:
– Он больше не заведется. Что-то сломалось.
– Не важно, – спокойно сказала Ада. – Он и один раз не дотянул бы до острова.
Она сжала Ханне плечо и возвысила голос:
– Все на укрепления! Скорее!!! Собираем оружие! Наша единственная надежда – отбить их первую атаку!
Она развернулась и побежала к западной стене. Спустя мгновение остальные последовали ее примеру, выискивая для себя пустые участки частокола. Каждый тащил по меньшей мере две винтовки, арбалет и тяжелый мешок со стрелами и обоймами дротиков.
Ада устроилась у бойницы и увидела рядом Даэмана.
– Хорошо, – сказал он.
Ада кивнула, понятия не имея, что он имеет в виду.
Она аккуратно, без спешки, зарядила новую обойму, щелкнула предохранителем и направила дуло на деревья, темнеющие на расстоянии около двухсот ярдов.
Шипящий, клацающий шум приближающихся войниксов оглушал; Ада с трудом подавила желание бросить винтовку и зажать уши. В висках стучало, к горлу подступала тошнота, почти как в начале беременности, хотя страшно ей не было. Пока не было.
– Все эти годы туринской драмы… – начала она, не осознавая, что говорит вслух.
– Что? – наклонился к ней Даэман.
Ада тряхнула головой:
– Я просто подумала о туринской драме. Харман говорил, это Сейви с Одиссеем десять лет назад распространили туринские пелены. Может быть, хотели научить нас достойной смерти.
– Лучше бы научили, как одолеть пятьдесят тысяч долбаных войниксов, – сказал Даэман, передергивая затвор.
Ада рассмеялась.
Но ее смех утонул в грохоте вырвавшихся из леса войниксов. Одни прыгали с ветвей, другие бежали по земле – серая стена панцирей и клешней надвигалась со скоростью пятьдесят-шестьдесят миль в час. Их было столько, что Ада с трудом различала отдельных особей во вздымающейся и опадающей массе. Она обернулась и увидела, что тот же кошмар надвигается со всех сторон. Десятки тысяч войниксов стремительно сжимали кольцо.
Никто не крикнул: «Огонь!», но внезапно все начали стрелять. Ада лишь свирепо ухмылялась, чувствуя, как отдача ударяет в плечо. Она бросила пустую обойму и вставила новую.
Флешетты тысячами свистели в воздухе, хрустальные грани вспыхивали в рассветных лучах, но попадания ничего не меняли. Войниксы, возможно, и падали, но их бежало, прыгало, скакало столько, что Ада даже не видела убитых и раненых. Серебристо-серая волна смерти за несколько секунд покрыла половину расстояния от леса; еще несколько секунд – и она достигнет частокола.