Внезапно раздался низкий, почти инфразвуковой гул, от которого у людей застучали зубы и захрустели кости. На всех дисплеях ИскИна загорелись и погасли зеленые индикаторы.
– Все наружу! – приказал Даэман.
Он последним покинул преддверие здания, и как раз вовремя, ибо в ту же секунду целый блок постройки дважды сложился внутрь и пропал, превратившись в черный квадрат.
Даэман, Ханна и остальные успели отступить на камни Храмовой горы и теперь наблюдали, как голубой луч пал с небес. Гул нарастал, так что Даэман от боли зажмурился и сжал кулаки, чувствуя, как инфразвуковые волны проходят через кишки, яички, кости и зубы. Но вот шум затих.
Даэман откинул капюшон, не снимая наушников и микрофона, и приказал Ханне:
– Защитное оцепление здесь. Как только покажется первый, вызываем шершни.
Она кивнула и присоединилась к тем, кто палил с Храмовой горы по соседним улицам.
Кто-то – может быть, Ада – во время подготовки к операции пошутил: мол, правила вежливости требуют, чтобы встречающие запомнили имена и лица всех девяти тысяч ста тринадцати человек, заключенных в голубой луч тысячу четыреста лет назад. Все тогда рассмеялись, но Даэман понимал, что технически это возможно – Харман в хрустальном чертоге получил почти все имена и даты.
С той поры минуло пять месяцев. За это время Даэман и впрямь обращался к своим архивам лиц и имен. Он не запомнил все девять тысяч сто тринадцать человек, поскольку, как и его товарищи, был слишком занят. Однако он не удивился, когда узнал первых мужчину и женщину, которые, пошатываясь, вышли из черного квадрата двери в реассемблере нейтрино-тахионного луча.
– Петра, Пинхас, – обратился к ним Даэман, – с возвращением.
Он успел подхватить стройных мужчину и женщину, пока те не упали. Все выходившие из черных дверей – парами, как звери из Ноева ковчега, успел заметить Даэман, – выглядели совершенно ошарашенными.
Темноволосая Петра – подруга Сейви, как уже знал Даэман, – растерянно огляделась и проговорила:
– Как долго?
– Слишком долго, – ответил Даэман. – Сюда, пожалуйста. Вон к тому кораблю.
Первый шершень с тридцатью людьми старого образца (они должны были провожать новоприбывших на борт и помогать им по пути) как раз приземлился. На глазах Даэмана Стеф отвел Петру и Пинхаса по древним камням к трапу судна.
Даэман приветствовал всех, кто спускался по пандусу здания луча. Многих он узнавал. Третьим вышел мужчина по имени Греф, его партнерша, которую тоже звали Ханной, затем друг Сейви Стивен, Эйб, Кайл, Сара, Калеб, Уильям… Даэман обращался к каждому по имени и помогал им сойти со ступенек, а дальше уже другие усаживали их в шершень.
Калибаны и войниксы продолжали атаковать. Люди продолжали их убивать. Во время репетиций требовалось более сорока пяти минут, чтобы посадить девять тысяч сто тринадцать человек на боевые шершни – это в лучшем случае, если между взлетом одного судна и посадкой следующего проходила секунда, – но сегодня вечером, когда враги атаковали со всех сторон, уложились в тридцать три минуты.
– Порядок, – сказал Даэман сразу по всем каналам. – Всем покинуть Храмовую гору.
Отряды тяжелой артиллерии погрузили оружие на последние два шершня, зависшие у восточного края горы, и те улетели на запад. Остались лишь Даэман и его первоначальный отряд.
– От храма Гроба Господня надвигаются три-четыре тысячи свежих войниксов, – объявил Элиан.
Даэман опять натянул капюшон и закусил губу. Теперь, когда тяжелой артиллерии не осталось, убивать врагов будет труднее.
– Значит, так, – произнес он по общей линии. – Говорит Даэман. Факсируйте отсюда… сейчас же. Начальникам групп – доложить об отправке своих людей.
Греоджи сообщил об отправке своей группы и факсировал прочь.
Эдида отчиталась и вернулась в Ардис со своей позиции на улице Баб-аль-Хадид.
Боман отослал группу, занимавшую Баб-аль-Гаванима, доложил об этом и факсировал.
Лоэс отправил своих людей и факсировал от Львиных ворот.
Элла сообщила об исполнении приказа и покинула Цветочные ворота.
Каман отрапортовал, что его команда успешно отправлена, и без нужды запросил разрешения факсировать самому: похоже, заигрался в военного.
– Да, быстро уноси свою задницу! – рявкнул Даэман.
Око доложила об отправке своих людей и последовала за ними.
Кауль передал сообщение от мечети Аль-Акса и исчез.
Группа Элиана свободно факсировала домой, он отчитался и сам факсировал в Ардис.
Даэман собрал своих людей, включая Ханну, на площади перед Западной стеной и проследил, как они один за другим растворились в густеющей вечерней мгле.