Голубой стазисный купол был частично погребен под тем самым валуном, где Сейви нацарапала координаты своего жилища в айсберге, уже тогда зная, что Харман – единственный из людей старого образца – сумеет прочесть ее закорючки.
Раскопками стазисного купола руководили Раман и Алкиной. Оба справлялись отлично. Харман еще раз вместе с ними прошелся по списку, желая удостовериться, что им известно, куда что отправить. Арсенал энергетического оружия предназначался для Хьюзтауна и Чома, термоскины надлежало переслать в Беллинбад, вездеходы были обещаны Уланбату и Поместью Ломана, а Новый Илион подавал настоятельный запрос на дротиковые винтовки.
Харман невольно улыбнулся. Еще лет десять – и троянцы с греками освоят все технологии, доступные людям старого образца, даже научатся факсировать через павильоны. Дельфийская команда уже отыскала узел возле Олимпа… Нет, не горы, а древнего города, где проводились игры.
«Что ж, – подумал Харман, – остается одно: всегда опережать их хотя бы на пару шагов, и не только в технологиях».
Настала пора возвращаться. Но сначала – еще одна короткая остановка. Харман простился с Алкиноем и Раманом и свободно факсировал прочь.
Он вернулся к Золотым Воротам, туда, где семь с половиной лет назад возродился к жизни. Харман перенесся на линию хребта по другую сторону долины от подвесного моста и развалин Мачу-Пикчу. Ему никогда не надоедало любоваться старинной постройкой, увитой еле различимыми издалека зелеными пузырями, однако на сей раз Харман не просто искал поэтических ощущений.
Скорее – одной очень важной встречи.
Над долиной, со стороны водопада, ветер гнал по небу облака. На несколько минут солнце позолотило вечернюю дымку; руины почти скрылись из глаз и казались ступенями исполинской лестницы. Повсюду жизнь боролась с энтропией и хаосом – и побеждала. Об этой борьбе и победе говорили и мягкая трава на склонах холмов, и густая древесная сень над мглистой долиной, и кондоры, лениво парящие в теплых восходящих потоках, и мох на подвесных тросах, и даже ржавый лишайник на камне у Хармана под ногами.
Словно желая отвлечь его от размышлений о жизни и живом, по небу с юга на север пронесся очень даже искусственный космический корабль, оставив над Андами расширяющийся инверсионный след. Прежде чем Харман успел различить форму или модель судна, блестящее пятнышко исчезло за северным горизонтом и в воздухе прогремели три звуковых удара. Судя по размерам и скорости, это не мог быть грузовой шершень из Сухой долины. Возможно, Даэман вернулся из очередной объединенной экспедиции людей и моравеков, которая занималась выявлением и описанием затухающих квантовых возмущений между Землей и Марсом.
«Надо же, теперь у нас есть собственный космический корабль».
Харман усмехнулся собственному самодовольству, однако мысль все равно согревала душу. Тогда он напомнил себе: у нас есть свой космический корабль, но строить такие корабли мы пока не умеем.
Харман надеялся, что доживет до строительства космических кораблей. Это вернуло его мысли к поиску омолаживающих баков на полярном и экваториальном кольцах.
– Добрый день, – произнес за спиной знакомый голос.
Харман вскинул энергетическое ружье (сказались привычка и годы тренировки), но тут же опустил его, даже не успев повернуться.
– Здравствуй, Просперо.
Старый маг выступил из углубления в скале:
– Мой юный друг, ты в полном боевом облачении. Думал, я приду с оружием?
– Я никогда не видел тебя безоружным, – усмехнулся Харман.
– Ну, если считать оружием мой острый ум…
– Или коварство, – сказал Харман.
Просперо развел старческими руками, словно признавая свое поражение:
– Ариэль сказал, ты искал со мной встречи. Хочешь поговорить о ситуации в Китае?
– Нет, – ответил Харман. – Об этом потолкуем позже. Вообще-то, я пришел напомнить о пьесе.
– Ах, пьеса…
– Ты что, забыл? Или решил не участвовать? – сказал Харман. – Если ты не придешь, огорчатся все, кроме твоего дублера.
Просперо улыбнулся:
– Мой юный Прометей, там надо учить такой длинный текст…
– Ничего, нам больше досталось, – ответил Харман.
Просперо опять развел руками.
– Сказать дублеру, чтобы тебя заменил? – спросил Харман. – Он будет счастлив.
– Ну, может, я все-таки появлюсь, – произнес маг. – А что, обязательно играть или можно посидеть как зритель?