- Итак, что готовит для нас Аид? – поинтересовался Прометей, в очередной раз пригубив нектар.
- Сложно сказать, - ответила Афина. – Мы были в подземном царстве, но увидеть нам удалось немного. Когда Аида призвали на Олимп для ответа, он честно признался, что нападет на нас, чтобы свергнуть Зевса.
- Но что он может? У него ведь не такое большое войско. И все эти порождения Бездны и Тартара не смогут побороть нас. Да, есть другие титаны, но их тоже не так уж и много. Да и мы с братьями за вас. Силы не то что равны, наши силы превосходят!
- У него есть меч, убивающий бессмертных, - безжизненным голосом произнес Гефест, разом помрачнев.
- Но откуда он у него? Ведь этот меч всегда хранился здесь, на Олимпе!
- Его взял Эврипион, - тихо ответила Афина, накрыв ладонью руку Гефеста.
Прометей нахмурился.
- Как же он мог? Ох уж эти дети, - печально сказал титан. – Не вини себя Гефест. Кто же знал, что он так поступит? Ведь Эврипион никогда не выказывал недовольства своей жизнью.
- Вот и я говорю ему то же самое, - откликнулась Паллада, мельком глянув на бога огня.
Вернулся Зевс. Оглядывая сидевшую троицу, он хмыкнул, обращаясь к дочери:
- А ты хитро придумала с Гераклом. Ведь у него одного хватило бы силы разрубить эти цепи. Когда вы успели сговориться за моей спиной?
- Ты ведь сам давно хотел, чтобы Прометея хоть кто-нибудь освободил, - невозмутимо ответила Паллада. – Ты простил его, хоть и не говорил об этом прямо. Вот я и сняла с твоих плеч этот груз.
Царь богов усмехнулся.
- Иногда ты становишься опасной, Афина. Ладно, мне нужно подумать. А вы идите, займитесь делами. Аид нападет внезапно, нам нужно быть готовыми в любой день.
Переглянувшись, молодые боги и титан вышли из дворца. На Олимп потихоньку опускались сумерки, вечерняя заря покрывала белоснежные чертоги богов розово-красным сиянием. Заканчивался еще один день старого мира. Потому что после битвы богов мир станет совершенно другим.
Любовь и война
Зевс не сразу нашел Афину во всеобщей суматохе. Олимп все больше становился похожим на военный лагерь. Боги целыми днями тренировались, укрепляли стены и дворцы, возводили новые ограждения и укрытия. Деметра покрывала все постройки густым плющом, чтобы врагам непросто было их найти, а богам – легче спрятаться. Мрачная и неприветливая, богиня плодородия тяжело переживала уход Персефоны и практически ни с кем не разговаривала. Утихшая было ненависть к Аиду, отнявшему у нее дочь, вспыхнула с новой силой. Она понимала Гефеста, страдавшего от предательства Эврипиона, и старалась поддержать его, сама находя в этом утешение.
Все, кто хоть как-то мог помочь в борьбе с Аидом, отрабатывали технику боя под присмотром Ареса и Афины, а также Зевса, Посейдона и Прометея. Аполлон и Артемида попросили Палладу наложить на их колчаны специальное заклинание, и теперь у богов-стреловержцев больше не заканчивались стрелы, что позволяло им тренироваться дни напролет. В кузнице Гефеста стук молота по наковальне не смолкал ни днем, ни ночью. Даже терпеливая Харита не выдерживала постоянного звона и периодически сбегала в более тихое место. Но потом неизменно возвращалась к мужу и, как могла, поддерживала его – подносила еду или питье, вытирала лоб, готовила ванну.
Зевс остановился на тренировочной площадке, напряженно вглядываясь в лица богов. Сегодня утром он получил тревожные новости о Геракле. Гермесу, принесшему их, царь велел выполнять остальные поручения, сам же поспешил к дочери. Он долго искал ее по всему Олимпу и, наконец, нашел – богиня стояла у брусьев, что-то обсуждая с Аресом. Держались они вроде бы спокойно, вопреки опасениям громовержца. Бог войны, сначала отчаянно сопротивлявшийся вынужденному сотрудничеству с Афиной, все-таки начал прислушиваться к ее советам и предложениям. И – о чудо! – некоторые из них он теперь признавал весьма ценными. Зевс усмехнулся – общий враг объединил их, пусть и ненадолго. Стремительным шагом он подошел к детям.
- Афина, у меня есть к тебе просьба, - негромко сказал Зевс дочери, отводя ее в сторону.
- Слушаю тебя, отец.
- Геракл умирает…
- Как? – не удержавшись, воскликнула Афина – новость оказалась неожиданной, ведь герой был еще достаточно молод.
Когда Геракл завершил свои подвиги и освободился от Эврисфея, Паллада на время потеряла его из вида, хотя слава о могучем герое периодически долетала и до богов. Несколько раз он просил ее о помощи, но после этого их пути снова расходились. Когда стало ясно, что Аид и Зевс уже не помирятся, богиня перестала следить за своим подопечным. Она дала ему все, что могла, и теперь была за него спокойна. Как оказалось – напрасно, значит, не уберегся великий герой, не смог дожить до спокойной тихой старости.