Боги, заметив ее, прекратили работу. Гефест махнул рукой, приглашая богиню подойти ближе. На огромной наковальне в ослепительном сиянии лежали практически готовые доспехи. Стоявший неподалеку стол весь был завален новым вооружением, предыдущее уже разобрали.
- Почти все готово, - ответил бог-кузнец. – Осталось еще несколько шлемов и мечей. И щиты не помешало бы запасные сделать. Придется тебе дохнуть на них, чтобы дольше целыми оставались. А то у титанов руки тяжелые.
- Подышу, не переживай, - откликнулась богиня.
Она любовно оглядывала свежевыкованное оружие, по очереди брала в руки то один меч, то другой, внимательно рассматривала доспехи, наслаждаясь их видом, легкостью, чистотой. Гефест, усмехнулся, глядя на подругу.
- Ты с такой любовью смотришь на оружие, что иногда я ему завидую.
- Не удивляйся и не завидуй, ведь оружие – верный друг в горячей схватке, - ответила Афина, не отрываясь от особенно понравившегося ей копья. – Конечно, оно не сравнится с настоящими друзьями, готовыми биться рядом с тобой хоть голыми руками. Но тщательно подобранное оружие надолго сохраняет людям жизнь и здоровье.
- Как вы с Аресом раньше не подружились, не понимаю. Он тоже каждый день хвалебные гимны мечам и копьям распевает, - фыркнул кузнец и вышел, чтобы умыться и выпить воды.
В кузне воцарилась тишина. Геракл бросал виноватые взгляды на неумолимую Палладу, но она никак не показывала, что замечает его присутствие. Наконец, герой не выдержал.
- Афина, я ужасно повел себя вчера, мне нет прощенья! Я так неожиданно стал богом, что решил, что теперь смогу получить все, что захочу. И совсем потерял контроль над собой. Прости меня, прошу тебя! – взмолился Геракл, падая на колени перед своей суровой наставницей.
Весь вечер он испытывал такую бурю эмоций, которую уже давно испытывать не приходилось. Геракл был зол, расстроен и обижен одновременно. В то же время, его раздирало тошнотворное чувство вины. Вспоминая все свои встречи с богиней, он не мог понять, с чего вдруг решил, что она благосклонно отнесется к его ухаживаниям. Афина всегда была с ним дружелюбна и предупредительна, но ни одним взглядом, ни одним словом не дала повода к таким открытым действиям. Он боялся, что теперь богиня знать его не захочет, а дружбой с Палладой он очень дорожил.
Афина чуть повернула голову, рассматривая новоиспеченного бога боковым зрением. Виноватый Геракл был так похож на того юношу, которому она помогала сражаться с Лернейской гидрой и Стимфалийскими птицами, что богиня смягчилась. В конце концов, он всегда уважал ее, был верным почитателем. Возможно, стоит дать ему еще один шанс. Не лишать же парня своей дружбы из-за одной ошибки.
- Хорошо, я не буду на тебя сердиться, - сказала она. – Но пообещай мне, что больше не повторишь этой неслыханной дерзости. Довольствуйся лишь моей дружбой и не требуй большего.
- Быть твоим другом – большая честь, - покорно склонился Геракл.
Через несколько минут вернулся Гефест. Посмотрев на наковальню, он тяжело вздохнул, но к работе не притронулся, вместо этого пригласив богов к столу – ему и Гераклу нужен был отдых. Наскоро перекусив и поблагодарив хозяев за гостеприимство, Афина распрощалась с ними и поспешила к Аресу. По дороге к его дворцу она наткнулась на Аполлона и Артемиду, непрерывно стрелявших из лука. Раз за разом они попадали точно в цель. Даже самый зоркий глаз не смог бы различить их стрелы, с быстротой мысли проносившиеся в воздухе. Лишь легкий музыкальный звон тетивы говорил об очередном выстреле.
- Не понимаю, зачем вам нужны дополнительные тренировки, - искренне удивилась богиня.
- Артемида нервничает перед боем, - объяснил Аполлон. – Мы просто боремся со страхом и снимаем напряжение.
Афина подошла к охотнице.
- Не переживай, мы все будем рядом, плечом к плечу. Я и Аполлон будем оберегать тебя, - ласково произнесла она.
- Я не за себя переживаю, а за вас, - Артемида снова натянула тетиву. – Этот меч, убивающий богов, все не выходит у меня из головы. Что, если Аид применит его?
- Я знаю Аида, он не хочет вреда никому из нас, у него претензии только к Зевсу, - помедлив, ответила богиня. – Но я буду смотреть в оба. Не волнуйся, все будет хорошо.